Коул, Италия

В июне 2018 года лидеры поручили мне обучать братьев и сестер актерскому мастерству. Я был очень счастлив. Я подумал: «Похоже, лидеры высоко оценили мои навыки актерского мастерства, так что я должен усердно сотрудничать». Сначала я отвечал только за подготовку актерской игры братьев и сестер в нашей группе. Но позже режиссер поручил мне в сотрудничестве с двумя сестрами обучать актеров из других стран и организовывать групповые занятия. Это обрадовало меня еще больше, и я всюду ходил с высоко поднятой головой. Всякий раз, когда братья и сестры задавали мне вопросы об актерской игре, я не мог сдержать радости, видя в их глазах зависть и восхищение. В январе 2024 года лидеры поручили мне сыграть главного героя в фильме. Услышав эту новость, я был в восторге, но в то же время немного волновался: «Раньше я всегда играл злодеев, а если и играл положительных персонажей, то это были второстепенные роли, где у меня было мало экранного времени. А в этот раз я — главный герой. Эта роль так важна; если я провалюсь, я так опозорюсь! К тому же, главному герою этого фильма приходится проходить через множество эмоциональных переживаний, которых у меня никогда не было. Если я не справлюсь, не станут ли братья и сестры смотреть на меня свысока? Они скажут, что после стольких лет исполнения долга актера и даже обучения других актерскому мастерству, я сам не могу хорошо играть, и мои навыки просто никуда не годятся». Но потом я подумал: «Раз лидеры выбрали меня на главную роль, значит, они одобряют мои навыки актерского мастерства и верят, что я справлюсь. Я просто буду втайне сам потихоньку справляться с любыми трудностями; братья и сестры не должны смотреть на меня свысока. К тому же, то, что мне дали эту роль — это Бог так возвышает меня. Я должен иметь совесть и не могу уклоняться от своего долга». Итак, я присоединился к братьям и сестрам, и мы погрузились в репетиции и съемки.

Во время одной эмоциональной сцены я никак не мог войти в образ и начал сильно нервничать. «Это очень важная сцена. Если я сыграю ее плохо, что обо мне подумают братья и сестры? Я никогда раньше не снимался в подобных сценах и не совсем понимаю некоторые детали. Что же мне делать?» Я бросился смотреть отрывки из похожих фильмов и видео, боясь задержать съемки из-за того, что не могу найти нужную эмоцию. Один брат заметил мои трудности и предложил: «Если ты не уверен, как играть эту роль, ты мог бы спросить братьев и сестер, которые раньше играли положительных персонажей. Они наверняка знают некоторые тонкости, и это подскажет тебе, в каком направлении двигаться». Услышав это, я подумал: «Спросить их? Как я могу переступить через свою гордость? Просить о помощи, когда я играл второстепенные роли, — это было нормально, но на этот раз я — главный герой. Мне дали главную роль, потому что я хороший актер. Если я пойду просить о помощи, что подумают обо мне братья и сестры, когда узнают? Они определенно скажут: „Ты ничего не понимаешь, и актер ты так себе!“ К тому же, раньше я сам обучал их актерскому мастерству. Теперь, если я спрошу у них совета, не покажет ли это, что мои навыки актерского мастерства слабы, а все, чему я их учил раньше, было лишь теорией? Тогда все действительно увидят меня насквозь». Хотя на словах я согласился, на деле я никого ни о чем не спросил. Позже режиссер несколько раз напоминал мне о необходимости попросить помощи у братьев и сестер, но страх опозориться всегда меня сдерживал. Чтобы другие не смотрели на меня свысока, я ломал голову над тем, как пробудить в себе эмоции, и даже имитировал игру неверующих актеров. Я думал: «Я должен во что бы то ни стало правильно сыграть эту сцену. Я не могу позволить им увидеть, что мои навыки актерского мастерства недостаточно хороши. Если я оплошаю, то окончательно опозорюсь!» Во время съемок я выкладывался по полной, стараясь проявить свои эмоции, но игра все равно была неубедительной. Режиссер видел, что я мучаюсь, и беседовал со мной об эмоциях в этой сцене. Чтобы никто не заметил, что мне не хватает навыков актерского мастерства, я сказал: «Я и сам понимаю, что это за эмоции, просто пока не прочувствовал их до конца. Мне нужно еще немного времени, чтобы войти в образ». Но что бы я ни пробовал, ничего не получалось. После съемок режиссер сказал, что моя игра была неестественной, натянутой и слишком меланхоличной. Услышав это, я почувствовал себя ужасно. Я хотел сыграть хорошо, но до этого почти не задумывался над тем, какими должны быть умонастроение и чувства такого персонажа, поэтому у меня просто ничего не выходило. Я понимал, что нужно попросить помощи у братьев и сестер, но при одной мысли об этом мне хотелось пойти на попятную. «В конце концов, я сам обучал других актерской игре, а теперь я — главный герой. Нельзя, чтобы все увидели, что я не справляюсь. Ладно, сам во всем разберусь. Просто в этот раз я не до конца прочувствовал эмоции. Как только у меня будет немного времени, чтобы освоиться, все проблемы решатся».

Однажды режиссер пригласил сестру, которая раньше уже играла главную роль, чтобы обсудить проблемы в нашей игре и чтобы она поделилась с нами тем, чему научилась из своего опыта выступлений. Но я почти не слушал. Я думал: «Раньше я руководил обучением всех остальных, а теперь все наоборот: позвали эту сестру, чтобы она учила меня играть. Это так унизительно! Если я начну задавать ей элементарные вопросы, что она обо мне подумает? Не скажет ли она, что я даже не освоил те техники игры, которым годами учил других, и что все мои слова были лишь теорией? Я же просто опозорюсь!» Поэтому, хотя я сидел и слушал, я мучился внутри. Мне очень хотелось открыто рассказать о своих трудностях и поговорить с сестрой, но я думал: «Если я расскажу ей о своих трудностях, она же увидит меня насквозь! Нет, так не пойдет! Я ничего не скажу». В итоге я так и не решился ни о чем спросить, ничего не усвоил из того, о чем она беседовала, и просто ждал, когда занятие закончится. Позже, когда мы возобновили съемки, мои проблемы так и не решились. Работа продвигалась очень медленно. Изначальный график постоянно сдвигался. Некоторые уже готовые сцены приходилось доснимать или даже полностью переснимать, потому что моя игра и эмоции были неправильными. Когда был готов первый черновой монтаж, я был потрясен смонтированным видео. У меня было страдальческое выражение лица, а игра казалась натянутой и неестественной. Я совсем не передал основные качества персонажа. Я даже выглядел немного жалким и бесхребетным. Такая игра совершенно не могла достичь эффекта свидетельства о Боге. Особенно меня поразили слова одной сестры: «Я видела, что ты горько плакал, но меня это совсем не тронуло». Я был в полном оцепенении. Я думал: «Но я же так старался! Почему все так вышло? Что теперь подумают обо мне братья и сестры? Они наверняка недоумевают, зачем меня взяли на главную роль, если я так плохо играю!» В те дни я избегал братьев и сестер, как только видел их. Мне было слишком стыдно смотреть людям в глаза. Я впал в глубокое уныние, и у меня не осталось сил на исполнение долга. Позже я начал размышлять о себе. Я знал, что у меня есть недостатки, но просто не мог заставить себя открыться другим. В чем был корень этой проблемы?

Как-то раз во время духовных чтений я прочитал отрывок из Божьих слов, который помог мне понять мое состояние. Всемогущий Бог говорит: «Люди по своей сути являются сотворенными существами. Могут ли сотворенные существа достичь всемогущества? Могут ли они достичь совершенства и безупречности? Могут ли они достичь мастерства во всем, прийти к пониманию всего, все ясно видеть и все уметь? Не могут. Однако в людях присутствует развращенный характер, роковая слабость: как только человек овладевает навыком или профессией, он чувствует, что он способный, статусный и значимый, что он профессионал. Чего бы люди ни стоили на самом деле, все они хотят выставить себя знаменитыми или выдающимися, стать в какой-то степени известной фигурой и добиться того, чтобы другие считали их совершенными и безупречными, без единого изъяна; они желают, чтобы люди видели в них способную, сильную, выдающуюся или знаменитую и великую личность, великолепную и импозантную, все умеющую, для которой нет ничего невозможного. Они чувствуют, что если обратятся к другим за помощью, то будут выглядеть неспособными и худшими, и что люди станут смотреть на них свысока. По этой причине они всегда хотят сохранять видимость. Некоторые люди, когда их просят сделать что-нибудь, говорят, что они знают, как это делать, хотя на самом деле не знают. Затем они втайне от всех ищут информацию и пытаются узнать, как это делается, но, поизучав ее в течение нескольких дней, все равно не понимают, как это делать. Когда их спрашивают, как у них идут дела, они говорят: „Скоро все будет!“, а в глубине души думают: „Я еще не созрел, я понятия не имею, я не знаю, что делать! Я не должен проболтаться, я должен продолжать притворяться, я не могу позволить людям увидеть мои недостатки и невежество, не могу позволить им смотреть на меня свысока!“ Что это за проблема? Это настоящий ад, состоящий из попыток сохранить лицо любой ценой. Что это за характер? Заносчивость таких людей не знает границ, они полностью утратили разум. Они не хотят быть как все, не хотят быть обычными, нормальными людьми, а хотят быть сверхлюдьми, выдающимися личностями и знатоками. Это такая огромная проблема! Что касается слабостей, недостатков, невежества, глупости и непонимания в пределах нормальной человечности, то они завуалируют все это, не позволяя другим людям увидеть это, а затем будут продолжать скрываться под маской... Что скажете, разве такие люди не витают в облаках? Разве они не мечтатели? Они не знают, кто они сами такие, не знают они также, как жить нормальной человечностью. Они никогда не поступали как практичные человеческие существа. Если ты проводишь свои дни, витая в облаках, не имея цели, не делая ничего основательно и постоянно живя в своих фантазиях, то это беда. Ты выбрал неправильный жизненный путь» (Слово, том III. Беседы Христа последних дней. Пять условий, которые необходимо выполнить, чтобы вступить на правильный путь веры в Бога). Читая слова Бога, я внезапно испытал потрясение. Мое состояние было в точности таким, как разоблачил Бог. Бог говорит, что, как только люди овладевают каким-то навыком, они сразу начинают считать себя способными и хотят пустить пыль в глаза, выдавая себя за экспертов. Даже имея недостатки, они отказываются просить помощи, считая это проявлением слабости, из-за которой другие станут смотреть на них свысока. Поэтому они начинают притворяться. Разве я не был именно таким человеком? Возомнив себя экспертом, я вознес себя на пьедестал и никак не мог с него спуститься. Я решил, что раз меня выбрали на главную роль, значит, я отличный актер, поэтому, когда возникали трудности, я пытался во всем разобраться сам, вместо того чтобы попросить о помощи, так как мне казалось, что просить совета у других — значит унизиться. Чтобы меня не раскусили и не стали смотреть на меня свысока, я отказывался открыто говорить о своих изъянах и трудностях. В итоге на съемках я никак не мог поймать нужную эмоцию. Брат советовал мне обратиться к опытным братьям и сестрам, но я боялся, что они увидят мою неспособность решить даже такую мелкую проблему и станут смотреть на меня свысока, поэтому я молчал. Когда режиссер увидел, что я мучаюсь, он попытался помочь мне разобрать чувства персонажа. Но я боялся, что и он посмотрит на меня свысока, поэтому оправдывался, говоря, что у меня не получается лишь потому, что я недостаточно глубоко прочувствовал эти эмоции. Этим я хотел сказать, что дело вовсе не в моей плохой игре: мол, если я просто настроюсь на нужную волну, то обязательно сыграю сцену как надо. Я постоянно пытался сохранить лицо, не желая, чтобы кто-то сказал, что я не справляюсь. Позже, когда режиссер пригласил сестру поделиться опытом игры, я еще острее почувствовал, что если я откроюсь и задам ей свои вопросы, это еще сильнее разоблачит мои недостатки. И хотя у меня было много вопросов, я так и не заставил себя открыть рот. Раз за разом я притворялся и надевал маску. Из-за этого мои проблемы так и не решались, а постоянные дополнительные съемки задерживали работу над фильмом. Бог говорит: «Что это за характер? Заносчивость таких людей не знает границ, они полностью утратили разум. Они не хотят быть как все, не хотят быть обычными, нормальными людьми, а хотят быть сверхлюдьми, выдающимися личностями и знатоками. Это такая огромная проблема!» Я всегда думал, что раз я главный герой и всегда обучал братьев и сестер актерской игре, значит, я — один из лучших, и мне нельзя показывать свои недостатки или слабости. Каким же заносчивым я был! Я ведь всего лишь сотворенное существо, и иметь недостатки — это совершенно нормально. К тому же я редко играл положительных героев. Мне следовало правильно относиться к своей неспособности играть и своим проблемам, открыться и попросить братьев и сестер о помощи. Только так я мог бы восполнить свои недостатки и хорошо исполнить долг. Но я был настолько заносчив, что потерял всякий разум. Я вообразил, что раз я обучал других и играю главную роль, то я лучше всех и должен во всем их превосходить. Поэтому я постоянно притворялся и надевал маску. В конце концов я не только не справился со своим долгом, но и задержал работу церкви. Осознав это, я искренне раскаялся и помолился Богу: «Боже, я был так заносчив. Все это время я не мог признать свои собственные проблемы и недостатки. Я постоянно жил в состоянии притворства и носил маску, и я серьезно затянул съемки фильма. О Боже, я желаю покаяться. Пожалуйста, помоги мне глубже поразмыслить о себе и извлечь из этого уроки».

Однажды я прочитал слова Бога и обрел лучшее понимание себя. Всемогущий Бог говорит: «В любой ситуации, какой бы долг антихрист ни выполнял, он будет стараться создать впечатление, что он не слабый, что он всегда силен, полон веры и никогда не бывает настроен негативно, чтобы люди никогда не видели его истинный духовный рост и подлинное отношение к Богу. Неужели в глубине души он на самом деле верит, что для него нет ничего непосильного? Неужели он и в самом деле верит, что лишен слабости, негативности и проявлений развращенности? Конечно же, нет. Он искусно притворяется, умело все это скрывает. Ему нравится демонстрировать людям свои сильные и великолепные стороны. Он не хочет показывать свою слабую, настоящую сторону. Его цель очевидна: она состоит просто-напросто в том, чтобы сохранить свое тщеславие и гордость, защитить то место, которое он занял в сердцах людей. Он думает, что если он открыто расскажет другим о своей негативности и слабости, а также о своей мятежной и развращенной стороне, то тем самым серьезно навредит своему статусу и репутации, а это себе дороже. Поэтому он скорее умрет, чем признается, что у него случаются периоды, когда он бывает слабым, мятежным и негативным. Даже если однажды все увидят его слабую и мятежную сторону, если станет ясно, что он развращен и совершенно не изменился, он все равно будет продолжать притворяться, полагая, что если он признается в том, что имеет развращенные характеры, что он обычный человек, кто-то незначительный, то утратит то место, которое занимает в сердцах людей, утратит всеобщее поклонение и восхищение и таким образом потерпит полный крах. И поэтому он ни при каких обстоятельствах не откроется людям; что бы ни случилось, он не отдаст свою власть и статус кому-либо другому — напротив, он всеми силами соперничает и никогда не отступит» (Слово, том IV. Разоблачение антихристов. Пункт девятый (часть X)). Бог говорит, что ради защиты своей репутации и статуса антихристы никогда не открывают другим свою негативную, слабую, мятежную или развращенную сторону. Они верят, что это выставит их в невыгодном свете, и они потеряют свой статус и хороший образ в сердцах людей. Они притворяются и надевают маску на каждом шагу, и даже когда их видят насквозь, они продолжают это делать. То, что я проявлял, также было характером антихриста. Я постоянно жил такими сатанинскими ядами, как «Дереву нужна кора, а человеку — лицо» и «Сохранить лицо — бесценно». Мне казалось, что я ни в коем случае не должен позволить людям смотреть на меня свысока и обязан сохранять хороший образ в их глазах. Я помню, как мама в детстве часто говорила мне: «Всегда показывай себя только с лучшей стороны». «Разве не в том смысл жизни, чтобы сохранить лицо? Нельзя позволять людям смотреть на нас свысока. Любые жертвы оправданы, лишь бы люди восхищались тобой». Воспитанный матерью в таком духе, я на каждом шагу старался сохранить лицо, всегда стараясь показать другим свою лучшую сторону Даже если я чего-то не понимал или не умел, я делал вид, что все знаю, и заставлял себя это делать. Так же я вел себя и после того, как уверовал в Бога. Когда лидеры поручили мне обучать братьев и сестер игре и организовывать совместную учебу, я видел, что все смотрят на меня с уважением, и поверил, что я уже зрелый актер. В этот раз, когда меня выбрали на главную роль, я не решался сразу просить кого-нибудь о помощи, даже когда сталкивался с трудностями. Я изо всех сил притворялся, до ужаса боясь потерять свой добрый образ в глазах братьев и сестер. Позже, когда режиссер пригласил сестру поделиться опытом и помочь мне, я отказался открыться и попросить о помощи, хотя у меня явно было много трудностей, — и все ради того, чтобы защитить свой хороший образ. Поскольку я не мог войти в образ, я серьезно затянул съемки фильма. Исполняя свой долг, я не только не превозносил Бога и не свидетельствовал о Нем, вместо этого я только и делал, что оберегал свой хороший образ в глазах братьев и сестер. Я был готов скорее задержать съемки, чем принять помощь сестры. У меня совсем не было ни совести, ни разума! Я шел по пути антихриста! Если бы я продолжал в том же духе, Бог в конце концов возгнушался бы мной и отсеял меня. Мне нужно было немедленно изменить точку зрения, стоящую за моим стремлением, и перестать держаться за свой статус и имидж. Я молился Богу: «Всемогущий Боже, сегодня Ты все еще даешь мне шанс исполнять мой долг. В этом Твоя великая милость. Я больше не могу бунтовать против Тебя и противиться Тебе. Пожалуйста, направь меня, чтобы я смог открыться, стать честным человеком, как следует исполнять свой долг и угодить Тебе».

Позже в сценарий внесли изменения, и фильм пришлось переснимать. Церковь позволила мне оставить за собой роль. Я был благодарен, но в то же время мне было очень стыдно. Я твердо решил искренне покаяться, изменить настрой и полностью посвятить себя работе. Однажды я прочитал отрывок из Божьих слов и нашел путь практики. Всемогущий Бог говорит: «Скажи, как быть обычными и нормальными людьми? Как тебе занять, как выражается Бог, „надлежащее место сотворенных существ“ и перестать пытаться быть сверхчеловеком или каким-то выдающимся деятелем? Как следует на практике быть обычным и нормальным человеком? Как можно это сделать? Кто ответит? (Прежде всего, надо признать, что мы обычные, очень заурядные люди. Мы многого не понимаем, не осознаем, во многом не разбираемся. Мы должны признать свою развращенность и ущербность. Затем необходимо обрести искреннее сердце и чаще обращаться к Богу в поисках.) Во-первых, не присваивай себе звание и не связывай себя им, говоря: „Я лидер, я руководитель команды, я куратор, лучше меня никто в этом не разбирается, никто не усвоил навыки лучше меня“. Не зацикливайся на звании, которое ты сам себе придумал. Стоит тебе так поступить — и ты будешь связан по рукам и ногам, и это будет влиять на все твои слова и поступки. Это скажется и на твоем нормальном мышлении и суждениях. Ты должен освободиться от ущемлений своего статуса. Сначала откажись от того официального звания и положения и встань на место обычного человека. Если ты это сделаешь, твой душевный настрой станет в какой-то степени нормальным. Также необходимо признать и сказать следующее: „Я не знаю, как сделать это, и того тоже не понимаю — мне придется поучиться и провести некоторые исследования“ или „Я никогда не испытывал подобного, поэтому не знаю, что делать“. Когда ты сможешь говорить то, что на самом деле думаешь, и говорить честно, ты будешь обладать нормальным разумом. Другие увидят твое подлинное лицо, будут иметь нормальное мнение о тебе, и тебе не придется притворяться, на тебя не будет оказываться большого давления, и поэтому ты сможешь нормально общаться с людьми. Жить таким образом свободно и легко; любой, кто находит жизнь утомительной, сам стал причиной этого. Не притворяйся и не создавай видимость. Сначала открой, что у тебя на душе, покажи свои истинные мысли, чтобы все знали и понимали их. В результате все твои опасения, а также барьеры и подозрения между тобой и другими людьми будут устранены. Ты также связан еще чем-то. Ты всегда считаешь себя главой команды, лидером, работником или человеком на важной должности, со статусом и положением: разве не унизительно признать, что чего-то не понимаешь или не умеешь? Когда ты сбросишь эти внутренние оковы, когда перестанешь думать о себе как о лидере или работнике, и когда перестанешь считать себя лучше других, и поймешь, что ты обычный человек, такой же, как и все остальные, и что есть некоторые области, в которых ты уступаешь другим, — когда ты общаешься об истине и рабочих вопросах с таким отношением, результат будет совсем другой, как и атмосфера... Все люди, будь то руководители и работники или братья и сестры, являются обычными людьми. Все они должны практиковать этот принцип. Каждый участвует в практике слова Божьего и несет за нее ответственность. Ты можешь быть лидером, работником, руководителем группы, ответственным лицом или человеком, пользующимся большим авторитетом в группе. Кем бы ты ни был, тебе следует научиться подобной практике. Сними с себя нимб и звание, которые ты нацепил на себя, сними венцы, которыми тебя наградили другие. Тогда тебе не составит труда стать нормальным человеком, и ты с легкостью будешь поступать по совести и разуму. Конечно, в дальнейшем недостаточно просто признавать, что ты чего-то не понимаешь и не знаешь. Это не является оптимальным решением проблемы. Что же является оптимальным решением? Обращаться к Богу с вопросами и трудностями, молиться и искать. Человеку недостаточно молиться в одиночку. Нужно вместе со всеми возносить молитвы об этом деле и брать на себя эту ответственность и обязательства. Это замечательный способ ведения дел! Ты не пойдешь по пути стремления стать великой личностью и сверхчеловеком. Если ты сумеешь так сделать, ты автоматически займешь надлежащее место сотворенного существа и освободишься от пут амбиций и желания быть сверхчеловеком и великой личностью» (Слово, том III. Беседы Христа последних дней. Бережное отношение к Божьим словам — основа веры в Бога). Слова Бога все прояснили. Я всего лишь крошечное сотворенное существо. У меня нет никакого профессионального актерского образования. То, что сегодня я могу исполнять долг актера в доме Божьем, — это Бог так возвышает меня, и без просвещения и наставления Святого Духа это было бы невозможно. Я помню одну съемку, когда мне никак не удавалось передать глубокие эмоции. Я перепробовал все, но безрезультатно. Мне оставалось только искренне молиться Богу. И позже, под Божьим руководством, я вошел в образ, и съемка прошла успешно. Без Божьего просвещения и наставления я бы никогда не справился. Теперь мне нужно отбросить гордость и статус, трезво взглянуть на свои недостатки и делать все, что в моих силах, а если я чего-то не умею или не понимаю, — чаще просить братьев и сестер о помощи, а также больше молиться Богу и полагаться на Него. Я составил список проблем в своей игре и разослал его нескольким братьям и сестрам, прося их помочь. Как только я нажал «отправить», у меня словно гора с плеч свалилась, и на сердце стало легко. Ответы пришли очень быстро. Все они дали советы в отношении моих проблем и поделились тем, как сами находят нужные эмоции во время съемок. Они предложили мне несколько путей практики и подбодрили, чтобы я усердно работал над ролью. Читая их советы и слова поддержки, я был так тронут, и у меня стало очень тепло на душе. Их помощь очень пригодилась, и теперь я знал, как решать проблемы в своей игре.

Я сразу же включился в новый этап съемок. Когда пришло время снова снимать эмоциональные сцены, я следовал методам, которым меня научили братья и сестры, и заранее обсуждал детали игры с режиссером. Когда я чувствовал, что не могу войти в образ, я открыто говорил об этом, и режиссер, братья и сестры — все приходили мне на помощь. После съемок я отправлял видео братьям и сестрам и спрашивал, какие ошибки в моей игре еще остались. Когда они указывали на недостатки, я тут же вносил коррективы и улучшал свою игру. Когда я играл в следующий раз, мои эмоции были гораздо более глубокими. Я быстро входил в образ, и результаты съемок стали намного лучше. Некоторые кадры очень тронули братьев и сестер, которые их смотрели, и работа над фильмом значительно ускорилась.

Теперь, когда я чего-то не понимаю и у меня возникает мысль притвориться и надеть маску, я сознательно практикую быть честным человеком. Я открыто говорю о своих проблемах, ищу принципы и пути вперед вместе с братьями и сестрами, и проблемы, которых я не понимаю, быстро решаются. Благодаря этому опыту я понял, что ношение маски и притворство не решают проблем. Только практикуя согласно словам Бога, бесхитростно открываясь и будучи честным человеком, можно решать проблемы и должным образом исполнять свой долг. Только тогда в сердце воцарятся истинный мир и покой. Слава Богу!