Мы рады всем тем, кто ищет истину. Свяжитесь с нами.

Слово является во плоти

Цвет заливки

Темы

Шрифт

Размер шрифта

Интервал между строками

Ширина страницы

Результаты поиска: 0

По вашему запросу ничего не найдено.

`

Работа и вхождение (5)

Сегодня вы все знаете, что Бог ведет людей на правильный путь жизни, что Он ведет человека к следующей ступени в иной период, что Он ведет человека за пределы этой темной ветхой эпохи, за пределы плоти, от угнетения силами тьмы и влияния сатаны, чтобы все и каждый жили в мире свободы. Ради прекрасного завтра, и чтобы люди могли быть смелее в своих шагах завтра, Дух Божий планирует все для человека. И для того, чтобы человек смог обрести большую радость, Бог посвящает все Свои усилия во плоти подготовке лежащего перед человеком пути, с тем чтобы ускорить наступление того дня, которого жаждет человек. О, если бы вы все дорожили этим прекрасным моментом, ибо это нелегкий подвиг – собраться вместе с Богом. Хотя вы никогда не знали Его, вы уже давно с Ним вместе. Если бы только каждый мог запомнить навсегда эти прекрасные, хоть и недолгие дни, сочтя их своей драгоценностью на земле. Работа Божья давно уже явлена человеку, - но поскольку сердца людей слишком сложны для понимания, и поскольку они никогда не проявляли какого-либо интереса к ней, работа Божья оставалась приостановленной на своем изначальном основании. Похоже, что помыслы, представления и мироощущение людей остаются до такой степени устаревшими, что мироощущение многих из них напоминает взгляды примитивных людей древних времен и ни в малейшей степени не изменилось. В результате люди до сих пор пребывают в замешательстве и не могут разобраться в той работе, которую выполняет Бог. В еще большей степени людям непонятно, что они делают, и во что они должны войти. Эти моменты представляют чрезвычайные трудности для Божьей работы и не позволяют человеческой жизни продвигаться вперед. Из-за человеческой сущности и коренной причины их нынешнего низкого уровня люди фундаментально неспособны уяснить эти моменты и не воспринимают их в качестве важных. Если вы желаете прогресса в своей жизни, то должны начать обращать внимание на детали своего существования, уяснять все и каждую из них для того, чтобы управлять своим вхождением в жизнь, всецело преобразовать сердце каждого из вас и разрешить проблему пустоты в своих сердцах, а также того застойного и тоскливого существования, в котором вы увязли, чтобы каждый из вас всецело и полностью обновился, и воистину возрадовался жизни возвышенной, необыкновенной и свободной. Цель заключается в том, чтобы каждый из вас смог ожить, возродиться духом и обрести подобие живого существа. Среди всех братьев и сестер, с которыми вы соприкасаетесь, редко можно встретить исполненных жизненной энергии и свежести. Все они подобны древнему обезьяночеловеку – глуповатому и тупому, и явно без каких-либо перспектив для развития. Хуже того - те братья и сестры, с которыми Я соприкасался, своей грубостью и невоспитанностью напоминают горных дикарей. Едва ли им известны хорошие манеры, и еще менее того – основы норм поведения. Многие из наших молодых сестер хотя и могут показаться разумными и привлекательными, и выросли красивыми подобно цветам, однако одеваются согласно «альтернативной» моде. Волосы одной сестры[a] закрывают все ее лицо, так что даже глаз ее не видно вовсе. Хотя черты ее лица чисты и приличны, прическа ее отвратительна, производит странное впечатление – как будто она первая правонарушительница в исправительном центре для несовершеннолетних. Впечатление от ее глаз - ясных и блестящих, подобным изумрудам в воде - портят ее одежда и прическа. Они уподобились двум светильникам, внезапно замеченным беспросветно темной ночью, которые мигают с ослепительной яркостью, которая вселяет ужас в сердца людей. Но при этом также кажется, будто она намеренно их прячет от кого-то. Когда Я встречаю ее, она всегда изобретает способ уйти со «сцены», подобно убийце, который только что совершил убийство и, страшась быть обнаруженным, постоянно прячется. Так и она подобна черным африканцам[1], которые в течение поколений были рабами, и не могут поднять свои головы перед другими людьми. Такой спектр поведения, вплоть до манеры этих людей одеваться и ухаживать за внешностью потребует нескольких месяцев работы, прежде чем ситуация улучшится.

Тысячи лет китайский народ вел жизнь рабов, и это настолько ограничило мысли, понятия, жизнь, язык, поведение и действия людей, что не оставило им ни малейшей свободы. Несколько тысяч лет истории превратили исполненный жизни и обладающий духом народ в нечто похожее на лишенные духа трупы. Многие живут под мясницким ножом сатаны; многие живут в домах, подобным звериному логову; многие едят ту же пищу, что быки или лошади; многие бесчувственно и хаотически валяются в «потустороннем мире». По внешнему виду люди ничем не отличаются от первобытного человека, место их отдыха подобно аду, а в качестве товарищей их окружают всевозможные нечистые бесы и злые духи. Внешне люди представляются высокоразвитыми «животными», фактически же они живут и обитают с нечистыми бесами. Не имея никого, кто мог бы позаботиться о них, люди живут внутри сатанинской ловушки, и настолько крепко она удерживает их в своих тенетах, что побег невозможен. Вместо того, чтобы сказать, что люди собираются со своими близкими в уютных домах, живут счастливой и полноценной жизнью, необходимо сказать, что они обитают в Гадесе, имеют дело с демонами и объединяются с бесами. Фактически, люди до сих пор пребывают в узах сатаны, они живут там, где собираются нечистые бесы, ими манипулируют эти нечистые бесы, и представляется, будто ложа их там, где спят их трупы, как будто это их уютное гнездышко. Если войти в их дом, то двор их холодный и пустой, и пронизывающий ветер свистит в сухих ветвях. Когда открываешь дверь в «жилую половину», то комната погружена в полную темноту, - можно протянуть руку, и не увидишь свои пальцы. Проникающие через трещину в двери проблески света придают комнате еще более мрачный и жуткий вид. Время от времени крысы издают странный писк, будто охваченные весельем. Все в комнате отталкивает и страшит, как в доме, где жил человек, которого только что положили в гроб. Кровать, лоскутные одеяла и невзрачный маленький шкафчик – все в комнате покрыто пылью. На полу несколько маленьких табуреток обнажают свои клыки и угрожают клешнями, и со стен свисает паутина. На столе стоит зеркало, рядом с ним деревянная расческа. Подойдя к зеркалу, беру свечу и зажигаю ее. Я вижу, что зеркало покрыто пылью, образуя как бы «макияж» на отражениях людей[b], что делает их похожими на только что восставших из могилы. Расческа полна волос. Все эти вещи старые и грубые, и похоже, будто ими пользовался только что умерший человек. Глядя на расческу, возникает такое ощущение, будто на одной стороне лежит труп. Без циркулирующей в них крови волосы в расческе издают запах смерти. Через щели в двери задувает холодный ветер, как будто это призрак протискивается сквозь щель, возвращаясь, чтобы обосноваться в комнате. В комнате стоит гнетущий холод, и внезапно ощущается трупный смрад, и в этот момент можно видеть, что на стенах висит куча вещей, на кровати неприбранное белье, грязное и вонючее, в углу зерно, шкафчик покрыт пылью, пол облупился и грязный – и так далее. Возникает ощущение, будто все это только что использовалось шатающимся мертвецом, который скрежетал зубами и хватался скрюченными пальцами за воздух. От этого вас бросает в дрожь. В комнате нет никаких признаков жизни, все темное и сырое, подобно Гадесу и аду, о которых говорит Бог. Это место в точности похоже на могилу человека с некрашеным шкафом, табуретками, оконными рамами и дверями, задрапированными траурной материей – все это молча отдает почести умершему. Человек живет в этом царстве мертвых уже несколько десятилетий или даже нескольких тысячелетий. Он рано уходит и поздно возвращается. Люди появляются из своей «могилы» при первых признаках рассвета, когда кукарекают петухи. Они поднимают взор к небу, смотрят на землю и начинают свои дневные дела. Когда же солнце прячется за горы, они влачат усталое тело обратно в «могилу». К тому времени, как они наполняют свой желудок, уже стемнело. Затем, закончив приготовления к тому, чтобы завтра вновь уйти из «могилы», они тушат свет, который, как кажется, испускает свечение фосфоресцирующих огней. В это время при лунном освещении можно заметить лишь холмики могил, которые виднеются со всех сторон подобно кочкам. Изнутри «могил» раздаются звуки храпа – то на высокой, то на низкой ноте. Все люди крепко спят, и кажется, будто нечистые бесы и призраки тоже мирно отдыхают. Время от времени слышно отдаленное карканье ворон. Тихой ночью звука этих отдаленных криков достаточно, чтобы бросило в дрожь, а волосы встали дыбом… Кто знает, сколько лет они провели в такой обстановке, умирая и возрождаясь; кто знает, как долго они оставались в человеческом мире, где перемешались люди и призраки, и, более того, кто знает, сколько раз они прощались с миром. В этом аду на земле люди живут счастливой жизнью, похоже, что у них нет ни единого слова жалобы, ибо они давно уже привыкли к жизни в Гадесе. И поэтому людей привлекает это место, где обитают нечистые бесы – как будто нечистые бесы их друзья и товарищи, как будто мир людей представляет собой шайку шпаны[2] - ибо изначальная сущность человека давно уже полностью испарилась, она бесследно исчезла. Во внешности людей есть нечто от нечистого беса; более того, их поступками манипулируют нечистые бесы. Сегодня люди ничем не отличаются от нечистых бесов, как будто они рождены от нечистых бесов. Тем более, что люди также проявляют горячую любовь к своим предкам и поддерживают их. Кто знает, что человек давно уже до такой степени попран сатаной, что они уподобились гориллам в горах. В налитых кровью глазах сохраняется выражение мольбы, а в тусклом их блеске виден слабый отблеск зловещей угрозы нечистого беса. Лица людей покрыты морщинами, потрескались подобно сосновой коре, их губы вытянуты вперед, будто их отделывал сатана, их уши покрыты спекшейся грязью как внутри, так и снаружи. Спины согнуты, ноги с трудом поддерживают тело, а костлявые руки ритмично раскачиваются взад и вперед. Люди выглядят так, будто от них остались лишь кожа да кости, но, опять-таки, при этом они еще и жирные подобно горному медведю. Внутри и снаружи они выглядят и одеты, как человекообразная обезьяна древности. Они настолько отсталые, что похоже, будто ныне этим обезьянам еще предстоит в полной мере развиться в образ современного человека[3]!

Человек живет бок о бок с животными, и они гармонично уживаются без раздоров или словесных раздоров. Человек щепетилен в своей заботе и беспокойстве о животных, а животные существуют для выживания человека, определенно на благо человека, не имея каких-либо преимуществ для себя, и в полном и абсолютном послушании человеку. Судя по всему, отношения между человеком и зверем близкие[4] и гармоничные[5], – а нечистые бесы, как представляется, являются идеальным сочетанием человека и зверя. Таким образом, человек и нечистые бесы на земле пребывают даже в большей близости и неразделимы. Хоть и отделенный от нечистых бесов, человек остается связанным с ними, а тем временем нечистые бесы ничего не утаивают от людей, и «посвящают» им все, чем располагают. Каждый день люди скачут во «дворце царя ада», резвятся в компании с «царем ада» (их предком), подвергаясь его манипулированию. Сегодня люди покрылись спекшейся сажей, и, проведя так много времени в Гадесе, уже давно утратили желание возвратиться в «мир живых». Таким образом, как только они замечают свет и видят требования Бога, и характер Божий, и Его работу, они испытывают нервозность и тревогу. Они все так же жаждут вернуться в потусторонний мир и обитать с призраками. Они давно уже забыли Бога, и по этой причине они вечно скитаются на кладбище. Повстречав человека, Я стараюсь говорить с ней, и лишь в это время обнаруживаю, что стоящая передо Мной – это вовсе и не человек. Ее волосы в беспорядке, лицо грязное, и в ее обнажающей зубы улыбке есть нечто волчье. Кроме того, в ней присутствует и некая неуклюжесть призрака, который только что возник из могилы и повстречал человека из живого мира. Она постоянно пытается скривить губы в улыбке, которая представляется одновременно и коварной, и зловещей. Когда она улыбается Мне, то похоже, будто женщина что-то хочет сказать, но не может подобрать слова, и поэтому ей остается лишь отойти в сторону с озадаченным и глупым видом. Если смотреть на эту женщину сзади, то кажется, будто она олицетворяет “могучий образ трудового китайского народа». В эти моменты она представляется еще более отталкивающей, напоминая образ потомков легендарных Янь Хуана/Янь Ванга древности[c], о которых говорят люди. Когда Я задаю вопросы, женщина молча склоняет голову. Она отвечает лишь после долгой паузы, и отвечает очень сдержанно. Она не может контролировать свои руки и постоянно сосет два пальца, подобно кошке. Только теперь Я осознаю, что руки ее выглядят так, будто женщина только что рылась в мусоре – обломанные, ногти утратили свой цвет до такой степени, что трудно поверить, что им полагается быть белыми. Ее «изящные» ногти обрамляет грязная полоса. Еще более отвратительно то, что с тыльной стороны ее ладони напоминают кожу только что ощипанного цыпленка. Поперечные морщины на ее руках наглядно свидетельствуют о цене, заплаченной за кровь и пот человека труда. В каждую из них въелось что-то, похожее на грязь, испускающее запах, напоминающий «аромат почвы». Это наилучшее олицетворение ценности достойного похвалы духа человеческого страдания – до такой степени, что этот дух страдания даже глубоко проник в каждую морщину руки человека. Ничего из одежды этой женщины не напоминает шкуру животного, но ей и в голову не приходит, что при всей ее «достопочтенности» реальная ценность человека меньше стоимости лисьего меха- даже меньше, чем цена одного петушиного пера, ибо их одежды давно уже сделали их облик столь уродливым, что они выглядят хуже свиньи и собаки. Короткая верхняя блузка женщины болтается на середине ее спины, а подобные куриным потрохам штанины полностью открывают ее уродство яркому солнечному свету. Штанины короткие и узкие, как будто специально для того, чтобы показать, что ее ступни давно уже развязаны – это большие ступни, они давно уже не напоминают «трехдюймовые золотые лотосы» старого общества. Одежда ее слишком западного стиля, но при этом слишком дешевая. Когда Я ее встречаю, женщина почти всегда застенчива, лицо ее пунцово от смущения; она вообще не в состоянии поднять голову. Похоже, будто ее попирали нечистые бесы, и теперь она больше не может заставить себя вновь смотреть людям в лицо. Ее лицо в пыли. Похоже, будто упавшая с неба пыль совершенно покрыла все лицо, уподобив его воробьиному пуху. И глаза ее тоже напоминают воробьиные – маленькие и сухие, совершенно лишенные блеска. Когда эти люди говорят, их речь привычно сбивчива и уклончива, и вызывает неприязнь и отвращение у других. Но при этом многие превозносят таких людей, как «представителей нации». Разве это не шутка? Бог желает изменить людей, спасти их, избавить их от смертной могилы, чтобы они могли уйти от той жизни, которую они ведут в Гадесе и в аду.

Примечания:

1. «Черным африканцам» - относится к черным людям, которые были прокляты Богом и которые в течение поколений были рабами.

2. «Шайка шпаны» - метафора, обозначающая группу нечестивцев. Речь идет о развращенности человечества и о том, что в среде человечества нет святых.

3. В этом предложении речь идет об «эволюции» обезьяноподобного человека в образ человека современности. Это сатирический образ: в действительности нет такой вещи, как теория о превращении древних человекообразных обезьян в прямоходящих людей.

4. «Близкие» - сказано в насмешку.

5. «Гармоничные» - сказано в насмешку

a. В оригинальном тексте – «ее».

b. В оригинальном тексте - «лице людей».

c. «Янь» и «Хуан» - имена двух мифических императоров, которые были одними из первых основателей китайской культуры. «Янь Ванг» - китайское имя, означающее «царь ада». «Янь Хуан» и «Янь Ванг» являются почти омофонами, когда произносятся на мандаринском наречии.

Предыдущая страница:Работа и вхождение (4)

Следующая страница:Работа и вхождение (6)

Вам также может понравиться