Антихристы любят ложь и обман — а что еще им нравится? Они любят тактику, махинации и интриги. Они действуют в соответствии с философией сатаны, никогда не ищут истину, полностью полагаясь на ложь и обман, прибегая к махинациям и интригам. Как бы ясно ты ни беседовал с ними об истине, даже если они кивнут в знак согласия, действовать в соответствии с истинами-принципами они не будут. Вместо этого они будут ломать голову и действовать с помощью махинаций и интриг. Как бы ясно ты ни беседовал с ними об истине, они словно бы неспособны понять ее; они просто поступают так, как им угодно, как им хочется и как им выгодно. Они говорят гладко, скрывая свое истинное лицо и то, кто они есть на самом деле, дурачат и обманывают людей, а когда те попадаются на их удочку, они чувствуют себя довольными, и их амбиции и желания удовлетворены. Таков последовательный метод и подход антихристов. Что до честных людей, которые высказываются прямо, честно и открыто беседуют о своей негативности, слабости и мятежных состояниях и говорят от сердца, то антихристы испытывают к ним внутреннюю неприязнь и дискриминируют их. Им нравятся те, кто, как и они сами, говорит в коварной и лживой манере и не практикует истину. При встрече с такими людьми в их сердцах возникает восторг, как будто они нашли кого-то похожего на себя. Они больше не беспокоятся о том, что другие лучше их или могут их различить. Это ли не проявление нечестивой природы антихристов? Разве это не доказывает, что они нечестивы? (Да, доказывает.) Почему это может служить иллюстрацией того, что антихристы нечестивы? Позитивные вещи и истина — это то, что должно любить любое разумное сотворенное существо, обладающее совестью. Однако если говорить об антихристах, то они воспринимают эти позитивные вещи как головную боль и бельмо на глазу, а любого, кто их соблюдает или практикует, считают врагом и относятся к таким людям с враждебностью. Разве не напоминает это природу враждебности сатаны по отношению к Иову? (Да.) Это та же природа, тот же характер, что и у сатаны, и та же сущность. Природа антихристов исходит от сатаны, и они принадлежат к той же категории, что и сатана. Поэтому антихристы находятся в сговоре с сатаной. Не слишком ли громко это сказано? Вовсе нет; это совершенно точное утверждение. Почему? Потому, что антихристы не любят позитивных вещей. Им нравится заниматься обманом, им нравится ложь, иллюзорная видимость и притворство. Если кто-то разоблачит их истинное лицо, смогут ли они покориться и принять это с радостью? Они не только не примут этого, но и ответят ливнем оскорблений. Люди, которые говорят истину или раскрывают их подлинное лицо, приводят их в ярость и в бешенство. Допустим, например, что есть антихрист, который очень искусен в притворстве. Все воспринимают его как хорошего человека: любящего, умеющего сочувствовать людям, способного понять чужие трудности и часто оказывающего помощь и поддержку тем, кто слаб и негативен. Когда у других возникают какие-то трудности, он проявляет понимание и прощает их. В сердцах людей этот антихрист больше, чем Бог. Что до этого человека, который выставляет себя добродетельным, то если ты разоблачишь его притворство и самозванство, если ты скажешь ему правду, сможет ли он принять ее? Он не только не примет ее, но и станет еще больше притворяться и самозванствовать. Скажи Мне, если бы ты разоблачил самозванство фарисеев, когда они несли свои писания на перекрестки улиц, дабы молиться и читать так, чтобы другие это слышали, а ты бы сказал им, что они это делают для показухи, сознались бы они в том, что ты сказал? Приняли бы они это с радостью? Стали бы размышлять над твоими словами? Смогли бы они признать, что то, что они делали, было самозванством и обманом? Смогли бы они задуматься, раскаяться и больше никогда не поступать подобным образом? Ни за что. Если бы дальше ты сказал: «Твои действия вводят людей в заблуждение, и ты попадешь в ад и будешь наказан», разве это не было бы правдой? (Да.) Это было бы правдой. Приняли бы они ее? Нет, они тут же пришли бы в ярость и сказали: «Что?! Ты говоришь, что я попаду в ад и буду наказан? Чья бы корова мычала! Это я верю в бога, а не ты! Твои слова ничего не значат!» И разве этим бы все кончилось? Что бы они стали делать дальше? Дальше они бы стали говорить: «Я где только ни побывал, распространял Евангелие среди стольких людей, принес столько плодов, взял на себя столько крестов и столько страдал в тюрьме... Детка, я начал верить в господа, когда ты был еще в утробе матери!» Их природа раскрыта, верно? Разве они не проповедуют терпение и снисходительность? Так почему же тогда они не могут стерпеть такую мелочь? Почему они не могут стерпеть ее? Потому, что ты сказал истину, ты разоблачил их истинное «я», и у них нет места назначения. Могут ли они стерпеть это? Если они не антихристы, если они идут путем антихристов, но способны принять истину, и они также демонстрируют проявления самозванства, то что они сделают, если ты разоблачишь их самозванство? Вряд ли они сразу приступят к самоанализу, и утверждение о том, что они это делают, может показаться нереалистичным и пустым. Однако первая реакция большинства нормальных людей на такие слова — жгучая боль в сердце. Что означает эта жгучая боль? Она означает, что услышанное подействовало на них; они не ожидали, что кто-то осмелится поступить так безрассудно, сказать истину и осудить их вот так, прямо в глаза, — этих слов они не ожидали и никогда прежде не слышали. Кроме того, они испытывают чувство стыда и хотят сохранить лицо. Поразмыслив над твоими словами, что стоять на перекрестке улиц, молиться и читать писание — значит вводить людей в заблуждение, они проанализируют себя и обнаружат, что действительно делали это, чтобы показать людям, как они преданы, как сильно любят Господа и как сильно могут страдать, что это самозванство, и сказанное тобою — правда. Они обнаруживают, что если будут продолжать так себя вести, то не смогут показаться на глаза другим людям. Им становится стыдно, и благодаря этому чувству они могут сдержать себя и прекратить свои злые дела и позорные поступки, означающие потерю лица. Что это значит, когда они больше не ведут себя так? Это подразумевает намек на раскаяние. Нельзя с уверенностью сказать, что они обязательно покаются, но, по крайней мере, возможность покаяния не исключена, а это гораздо лучше, чем в случае антихристов и фарисеев. Чем это лучше? Тем, что поскольку у них есть совесть и чувство стыда, разоблачительные слова других людей жалят их сердце. Хотя им может быть стыдно, и их достоинство уязвлено, они могут, по крайней мере, признать, что эти слова верны. Даже если им не удается сохранить лицо, в глубине сердца они уже признали эти слова и покорились им, приняв их. Чем отличаются от них антихристы? Почему мы говорим, что антихристы нечестивы? Нечестивость антихристов заключается в том, что когда они слышат что-то правильное, то не только не могут принять это, но, напротив, ощущают к нему ненависть. Кроме того, они прибегают к собственным способам, ищут оправдания, причины и различные объективные факторы, чтобы защитить себя и объясниться. Какую цель они преследуют? Они стремятся превратить негативные вещи в позитивные, а позитивные — в негативные: они хотят переломить ситуацию. Это ли не нечестиво? Они думают: «Как бы ты ни был прав и как бы ни соответствовали твои слова истине, сможешь ли ты противостоять моему красноречию? Даже если все, что я говорю, явно лживо, обманчиво и вводит в заблуждение, я все равно буду отрицать и осуждать то, что ты говоришь». Это ли не нечестиво? Это в самом деле нечестиво. Как ты думаешь, видя хороших людей, не считают ли антихристы их честными в своих сердцах? Они считают их честными людьми, стремящимися к истине, но каково их определение честности и стремления к истине? Они считают, что честные люди глупы. Стремление к истине отталкивает их, неприятно им, они относятся к нему враждебно. Они считают, что это фальшь, что никто не может быть настолько глуп, чтобы в стремлении к истине отказаться от всего, говорить кому угодно что угодно и доверить все Богу. Нет таких дураков. Они считают, что все эти поступки фальшивы, и не верят ни в один из них. Верят ли антихристы в то, что Бог всемогущ и праведен? (Не верят.) Поэтому за всем этим они мысленно ставят вопросительный знак. Что здесь подразумевается? Как нам интерпретировать это нагромождение вопросительных знаков? Они не просто сомневаются во всемогуществе и праведности Бога и ставят их под вопрос; в конечном счете они их отрицают, стремясь переломить ситуацию. Что Я имею в виду, говоря о переломе ситуации? Они думают: «Что толку быть таким справедливым? Если ложь повторить тысячу раз, она станет правдой. Если никто не говорит истины, значит, это не истина, и от нее нет никакого толку — это просто ложь!» Разве они не перекручивают добро и зло? Это нечестивость сатаны: искажать факты, извращать добро и зло — вот что им нравится. Антихристы преуспевают в притворстве и хитрости. То, в чем они преуспевают, конечно же, свойственно их сути, а то, что свойственно их сути, — это как раз то, что является их природой-сущностью. Более того, это то, чего они жаждут и что любят, а еще это правило, по которому они выживают в этом мире. Они верят в такие изречения, как: «Добро умирает молодым, а зло доживает до глубокой старости», «Своя рубашка ближе к телу», «Твоя судьба в твоих руках», «Человек победит природу» и так далее. Согласуется ли хоть одно из этих утверждений с человечностью или с естественными законами, которые могут постичь нормальные люди? Ни единое. Так как же могут антихристы так любить эти дьявольские изречения сатаны и даже считать их своими девизами? Можно лишь сказать, что это потому, что их природа слишком нечестива.

Был один церковный лидер, с которым Мне пришлось иметь дело несколько раз где-то на протяжении года. Несколько раз мы встречались, но наши разговоры были ограничены, поскольку он был не из тех, кто говорит свободно. Что это значит — «не из тех, кто говорит свободно»? Это значит, что он мало что скажет, даже если задавать ему вопросы. Был ли он таким в общении с другими членами церкви? Возможны были два варианта. С единомышленниками ему было что сказать. Однако с теми, кто не был его единомышленником, он становился осторожным и говорил менее свободно. Позже Я подсчитал, что за время Моего общения с ним он изрек в общей сложности пять «классических» фраз. Он не говорил свободно, поэтому, когда он что-то произносил, это становилось «классической» фразой. Что это за человек? Можно ли назвать его «выдающимся человеком»? Когда лидеры или работники церкви общаются со Мной и обсуждают дела, это вполне нормально, не так ли? Однако этот человек был уникален. Он произнес всего пять фраз, пять невероятно «классических» фраз. Послушайте, что делает эти фразы такими «классическими». Каждая его фраза имеет свой контекст и небольшую историю. Начнем с того, откуда взялась его первая фраза.

В церкви, которой руководил этот лидер, был злой человек, который совершил ряд плохих поступков и мешал церковной работе. Все видели, что он был злым, и стали беседовать о нем и обсуждать его. Если бы его отлучили и выгнали, о нем нужно было бы сделать объявление в церкви, чтобы все знали, что за плохие поступки он совершил и почему его причисляют к злым людям и отлучают. И вот когда разоблачали некоторые из плохих поступков этого злого человека, тот лидер, который обычно мало говорил, выступил и сказал: «Он хотел как лучше». Как он относился к тому злому человеку, который делал эти плохие вещи и мешал работе церкви? «Парень хотел как лучше». Он считал, что все дурное, что делает плохой человек, соответствует истине, если у этого человека хорошие намерения. По его мнению, какой бы ни была природа этих действий, — хорошая или плохая, — какими бы ни были их последствия, если у человека благие намерения, то даже нарушения и помехи, которые он вызывает, соответствуют истине. «Он хотел как лучше». Такова была первая фраза, которую произнес этот лидер. Вы слышали когда-нибудь такие разговоры? Злой человек явно творит зло, и все же кто-то говорит, что, совершая эти плохие поступки, этот человек питал благие намерения. Все ли умеют различать эту фразу? Думаю, некоторых она может ввести в заблуждение, потому что большинство людей думает, что если кто-то хочет добра, то с ним не стоит разбираться, и что если кто-то делает что-то плохое с добрыми намерениями, то он не творит зла нарочно. Взбудораженные и введенные в заблуждение этим лидером, некоторые люди могли перейти на его сторону и начать сочувствовать злому человеку. Если бы лидер не вводил их в заблуждение, большинство людей поняло бы этот вопрос правильно и сочло, что злой человек должен быть отлучен и отправлен прочь за совершение зла. Однако после того, как этот лидер взбудоражил их и ввел в заблуждение, некоторые люди подумали: «Он хотел как лучше, в этом есть смысл. Мы тоже иногда так делаем. Значит, если мы сделаем что-то плохое с добрыми намерениями, нас тоже вычистят и отправят прочь?» В результате они перешли на сторону этого лидера. Почему? Они думали о своем собственном будущем. Разве не легко было людям принять фразу, которую произнес этот лидер? Каковы были последствия того, что они ее приняли? У них появились сомнения в Боге, в Его праведном характере и в Его принципах ведения дел. У них появились сомнения в принципах, по которым поступает Божий дом, они ставили их под вопрос, а затем стали осуждать. В своих сердцах они питали такие сомнения. На самом деле этого злого человека собирались прогнать не потому, что он совершил один плохой поступок. В Божьем доме никого не отсылают прочь только потому, что он допустил случайную ошибку, независимо от того, занимается ли он ручным трудом, исполняет какой-то особый долг или долг, требующий технических навыков. Церковные лидеры с братьями и сестрами дают всем людям совместную оценку их последовательного поведения, а затем разбираются с ними. Например, если кто-то постоянно ленится, когда должен работать, и придумывает отговорки, чтобы избежать работы, уместно ли на основании такого поведения отослать его прочь? (Да, это уместно.) Правильно, это уместно. Например, если тебе поручена уборка, а ты часто грызешь семечки, пьешь чай, читаешь газету и небрежно разбрасываешь шелуху, разве не пренебрегаешь ты своим долгом? Ты не только не убираешься, но еще и мусоришь, а это значит, что ты пренебрегаешь своим долгом. Если ты некомпетентен в своей работе и тебя отсылают прочь, то это полностью соответствует принципам, и ты не должен с этим спорить. Однако этот лидер церкви утверждал, что тот человек хотел как лучше, и это ввело людей в заблуждение. После того как этот лидер взбудоражил людей и ввел их в заблуждение, некоторые из них последовали за ним, и вместе они пришли к консенсусу. Но на какое место они ставили Бога и истины-принципы, когда поступали таким образом? Они стали как одна семья, говоря о «нашей церкви» и «нашем Божьем доме». Какое определение можно дать понятиям «церковь» и «Божий дом»? Может ли быть дом Божий там, где нет Бога? (Нет.) Если в каком-то месте нет Бога, может ли там существовать или быть основана церковь? (Нет, не может.) Так что же это значило, когда они говорили «наш»? Это значило, что они отделились от Бога. Церковь стала церковью этого запутавшегося лидера, он стал хозяином церкви, а эти так называемые братья и сестры и запутавшиеся люди образовали с ним банду и вели себя по отношению к нему как родственники. Они отдалились от Бога, и поэтому Бог взял Себе роль вне этого «Божьего дома». Такими были последствия того, что этот лидер произнес ту первую фразу при таких обстоятельствах. Все особенно одобряли его, думая: «Наш церковный лидер справедлив, он внимателен к нам, прощает наши слабости и даже заступается за нас. Когда мы совершаем ошибки, Бог всегда разоблачает и подрезает нас. А наш лидер всегда нас защищает, как курица-мать защищает своих цыплят. Когда он рядом, с нами не случится никакой беды». Все были ему благодарны. Таковы были последствия первой произнесенной этим лидером фразы.

Теперь перейдем ко второй фразе, которую произнес этот лидер. В церкви было много работы, связанной с внешними делами, которую большинство людей не могли выполнить либо не могли за нее взяться, так как были слишком заняты исполнением своего долга. Некоторые люди, верующие лишь на словах, были искусны в решении внешних вопросов, поэтому Божий дом выделял часть денег на то, чтобы такой человек занимался этими делами, а иногда тратил еще немного, чтобы тот решал множество задач от его имени. Скажите, нарушает ли Божий дом принципы, когда тратит лишних 200 юаней на решение подобных вопросов? Другого способа решить эти вопросы не было, а этот приносил хорошие результаты, так что именно так они и решались. Божьему дому было удобно выдать этому человеку дополнительные 200 юаней, чтобы решить эти вопросы, и со многими проблемами получилось справиться. Стоило тратить на это лишние 200 юаней? (Стоило.) Вполне стоило. Это было уместно. Если бы Божий дом отдал эти 200 юаней тому, кто не справится с этими задачами, они были бы просто потрачены впустую. Отдать ему эти 200 юаней означало, что эти задачи могут быть выполнены хорошо, так соответствовало ли подобное ведение дел принципам Божьего дома? (Это соответствовало принципам.) А то, что Божий дом не обсуждал это с братьями и сестрами и не сообщал им об этом, соответствовало принципам? (Это соответствовало принципам.) Вправе ли Вышнее так поступать? (Да.) Да, конечно. Но тот церковный лидер заявил: «Братья и сестры сказали, что этому человеку дали еще 200 юаней... Я просто спрашиваю об этом от имени братьев и сестер. Они не понимают этого принципа, и мы хотим выяснить, как беседовать об этом аспекте истины». Он говорил лишь половинками предложений. Это была его вторая фраза. Очевидно, эта фраза была вопросом, означающим: «Ты говоришь, что все, что ты делаешь, соответствует принципам, но этот поступок им не соответствует, и у некоторых братьев и сестер есть об этом мнения и представления, так что я должен задать тебе этот вопрос от их имени. Как ты это объяснишь? Объясни мне». Это вопрос, не так ли? А теперь проанализируйте, сколько сообщений содержалось в сказанном — что вы думаете, когда слышите подобное? Как вы воспринимаете этого человека после такого инцидента? (Боже, в этой его фразе звучал вопросительный тон. Он ставил Бога под вопрос. Собственно, у него были свои представления об этом инциденте. Он не стал выражать свои подлинные мысли, а сказал, что это братья и сестры не могут принять решение Вышнего, что у них есть свое мнение на этот счет. Когда у братьев и сестер возникали свои представления, он, как лидер церкви, должен был общаться с ними об истине, чтобы разрешить этот вопрос, но он не только не разрешил его, но и стал сомневаться в Боге, используя эти представления. В нем присутствует коварный и нечестивый характер.) Он упомянул два момента: во-первых, он ставил под сомнение Вышнее, а во-вторых, у него уже были свои представления, но он сказал: «Братья и сестры не понимают принципов и хотят искать их». Есть ли проблема в этой фразе? Так ли важны были для него братья и сестры? Раз уж он считал жизнь-вхождение братьев и сестер таким важным делом, то когда у них возникли такие устойчивые представления, почему он не помог им от них избавиться? Разве он не халатно отнесся к своему долгу? Он проявил небрежность. Он не решил этот вопрос и даже бессовестно принес с собою представления братьев и сестер, чтобы поставить под сомнение Вышнее. Так чем же он был хорош? Что позволило ему сомневаться? Были ли и у него свои представления? Были ли и у него свои мысли по поводу решения Вышнего? Казалось ли и ему, что этот вопрос был решен неподобающим образом? Те 200 юаней были потрачены не на него, поэтому он чувствовал, что что-то упустил, не так ли? Он думал: «Это я должен был получить дополнительные 200 юаней, мы заслужили это. Тот парень — маловер, он не должен был их получить. Мы истинно верим в бога и являемся людьми божьего дома, а он — нет». Разве не это он имел в виду? (Да.) Именно это он и имел в виду. И он не сказал этого прямо, а говорил обиняками. Теперь, когда вы это услышали, вы понимаете или нет? Какова ваша точка зрения на этот вопрос о расходовании денег? Большинство людей способно понять этот незначительный вопрос. Учитывая огромную работу Божьего дома, неужели этот лидер так уж должен был обратить внимание на лишние потраченные 200 юаней? Кроме того, эту сумму взяли не у него из кармана, так почему же он так расстроился из-за этого? Не испытывал ли он попросту чувство зависти, видя, как другие оказываются хорошими людьми? Разве не это он имел в виду? Способны ли вы понять то, что Я вам только что объяснил? Есть ли среди вас те, кто не согласен и говорит: «Нет! Если без нашего ведома расходуют 200 юаней — ужасно, что мы не имеем права знать об этом. Разве это не растрата пожертвований, сделанных Божьему дому?» Что представляет собой Божий дом? Что представляют собой приношения? Позволь сказать тебе, что пожертвования не принадлежат всем, они не принадлежат братьям и сестрам; если бы были только братья и сестры и не было бы Бога, то Божий дом не назывался бы Божьим домом. Когда Бог появляется и работает, когда Он призывает людей к Себе и основывает церковь — то это и есть Божий дом. Когда братья и сестры приносят десятину, она не является пожертвованием Божьему дому или церкви, и уж точно не является пожертвованием какому-либо человеку. Эту десятину они жертвуют Богу. Проще говоря, эти деньги отданы Богу; это Его частная собственность. Что подразумевается под Его частной собственностью? Что Бог может распределять их по Своему усмотрению, и что лидер не имел права в это вмешиваться. Позвольте Мне сказать, что задавать вопросы и пытаться искать истину из-за этой ситуации было немного чрезмерно и нецелесообразно; он просто фальшивил и притворялся! Этот лидер не искал истины во множестве важных вопросов, но решил искать ее в этом. Почему он не разобрался с тем злым человеком? Почему он не искал, говоря: «Этот человек демонстрирует некоторые проявления зла; всех братьев и сестер тошнит от него. Не стоит ли мне с этим разобраться?» Об этом тот лидер не спрашивал, на того злого человека он полностью закрывал глаза. Разве это не проблема? Какой была первая фраза, произнесенная этим лидером? («Он хотел как лучше».) «Он хотел как лучше». Посмотрите, как «благосклонен» был этот тип; что за лицемер! Он был нечестив, но его слова были полны доброжелательности и морали; в его словах был мед, но в сердце — кинжалы, и он не вел себя как человек. Какой была его вторая фраза? «Божий дом дал кому-то дополнительные 200 юаней на выполнение задания. От имени братьев и сестер я хочу выяснить, как мы должны понимать и усваивать принцип в этом вопросе». Я привел это как полную фразу; конечно, он так не говорил. Он говорил нерешительно, так что было трудно понять, что он имеет в виду. Именно так он говорил. Это была вторая фраза, произнесенная этим лидером.

Теперь послушайте третью фразу, произнесенную этим лидером. Все работали вместе, копали. Каждому было поручено наполнить землей одну корзину. Один человек работал быстро и закончил первым, а потом сидел, пил воду и отдыхал, ожидая остальных. Потом что-то пошло не так. Что пошло не так? Возникла третья проблема. Этот лидер снова пришел задать Вышнему вопрос: «Есть у нас человек, который работает быстро и движется стремительно, но тут такое дело: закончив работу, он просто сидит и никому не помогает, поэтому все начинают составлять о нем определенное мнение». Вышний брат спросил: «Он обычно ленится, когда работает?» Лидер ответил: «Нет, не ленится. Он просто быстро работает, а закончив, просто сидит и ждет, никому не помогая, поэтому у братьев и сестер есть о нем определенное мнение, они говорят, что ему не хватает сострадания». Когда братья и сестры упомянули об этом, лидер огорчился. Он подумал: «Батюшки, вы только посмотрите, какой жестокий человек! Мои братья и сестры устали от работы, они работают медленно, и никто им не помогает». Вся группа расстроилась, и он тоже расстроился. Какое «сочувствие»! Он принес это «бремя» с собой, чтобы отчитаться перед Вышним. Первый вопрос, который он задал, — «Можно ли наказать такого человека?» Скажите Мне, как вы думаете, можно ли наказать такого человека? (Нет.) Так какова ваша реакция после услышанного? Испытываете ли вы смешанные чувства? Расстроены ли вы? (Да.) Божий дом всегда беседовал о том, что люди должны понимать истину и справедливо относиться к другим, а тот лидер не смог сделать даже такой малости. Он считал, что наказать этого человека будет справедливо. Это ли не нечестиво? (Да, это нечестиво.) Он думал: «Мои братья и сестры страдают, и они сообщили мне, что этому человеку не хватает сострадания. Как я, будучи лидером, могу завоевать расположение этих людей, угодить им, защитить их, не дать им обидеться или почувствовать, что с ними плохо поступили?» Первой его реакцией было наказать этого человека. Он думал, что когда тот человек будет наказан, все успокоятся, и наступит справедливость и равноправие. Разве не это он хотел сделать? (Да.) Он думал: «Мы все едим одну и ту же пищу, живем под одной крышей, и ко всем нам относятся одинаково. Какое право ты имеешь так быстро работать? Если ты быстро работаешь, то почему не помогаешь остальным?» Скажите Мне, что люди думают, услышав это? «Работать быстро — это грех. Похоже, что мы никогда не должны работать быстро — пока мы вверены этому лидеру, это не принесет нам ничего хорошего. Работать быстро нехорошо, равно как и проявлять инициативу. Имеет смысл притормозить!» Вышнее спросило этого лидера: «А что делать с теми, кто работает медленно? Ты их награждаешь?» Лидер был в замешательстве, но не растерялся. Он сказал: «Нет, я не могу их наградить. Однако тот парень, который работает быстро, должен быть наказан. Все братья и сестры говорят, что его нужно наказать». Именно эту фразу он и произнес. Скажите Мне, эта фраза действительно представляет братьев и сестер, или же она представляет самого лидера? (Она представляет самого лидера.) Оставим пока в стороне братьев и сестер — среди них есть самые разные запутавшиеся люди: те, кто не любит истину, те, чьи слова коварны, те, кто эгоистичен и корыстен, те, кто разжигает споры, те, кто говорит без принципов, и те, кто действует без моральных основ. Кого среди них только не встретишь! Так в чем же заключалась его ответственность как лидера церкви? Разве в его обязанности входило выступать от имени влиятельных братьев и сестер, защищать эти нечестивые тенденции и злые практики? (Нет.) Тогда в чем заключалась его ответственность? Когда он обнаружил среди братьев и сестер проблемы, связанные с искажениями и отклонениями, то его обязанностью было разрешить эти вопросы с помощью истины, чтобы эти люди смогли понять, в чем заключаются проблемы и что не так с их состоянием, привести их к познанию самих себя, к пониманию истины и поставить их перед Богом. Разве это не обязанность руководителя церкви? (Да, это так.) Выполнил ли он ее? Он не только не выполнил ее, но даже потворствовал этим нечестивым тенденциям и порочным практикам, защищая их, разжигая и потворствуя их умножению и распространению в церкви. Это ли не нечестиво? (Да, это так.) Скажите Мне, после того как Вышнее подрезало и разоблачило человека с таким нечестивым нравом, останется ли он непокорным в своем сердце? (Да.) Конечно же, он будет непокорным. Будет ли он справедливо относиться к людям в соответствии с принципами, данными ему Вышним? Ни за что. По его словам видно, что он был очень коварен. Позже Я подумал: «Если те, кто работает быстро, будут наказаны, кто осмелится работать быстро? Все станут медлительными, как черепахи, которые могут три дня провозиться, но так и не выбраться на берег реки». Разве не так все и будет? Помимо неспособности справедливо относиться к людям, самым роковым и тяжелым аспектом этого лидера, аспектом, который больше всего мог ввести людей в заблуждение, было то, что какие бы плохие вещи ни совершали братья и сестры, какие бы ошибочные и абсурдные взгляды они ни распространяли, он не только не распознавал и не исправлял их, но и потакал им, укрывал их и даже пытался им угодить. Разве не был он опасным человеком? (Был.) Он был очень опасен! Это была третья фраза, произнесенная этим лидером.

Перейдем теперь к четвертой фразе. Я часто посещал церковь, которой руководил этот лидер, и там держали несколько кур. Каждый раз, когда Я там бывал, он резал курицу. Сегодня сварят курицу в прозрачном бульоне, завтра потушат на медленном огне, а через день — закоптят. Я подумал, что если буду ходить туда каждый день, то через несколько дней от поголовья и следа не останется. Почему это происходило? Когда готовили курицу, Я иногда брал кусочек, а иногда не хотел, но эти люди все равно ее ели, и каждый раз съедали целую курицу. Позже Я вот что подумал: если каждый раз, когда Я прихожу, съедают целую курицу, то сколько бы кур у них ни было, они долго не протянут, если так будут их есть. Поэтому Я сказал лидеру, чтобы он больше не резал кур. Разве это не было правильно? (Да, было.) Ну, а его это сильно задело. Он поднял вопрос, сказав: «Если нам нельзя резать кур, тогда...» Ты себе не представляешь, что он спросил дальше. Что он в конце концов выдавил из себя? «Тогда что ты хочешь есть?» Я сказал: «Разве кроме кур больше нечего? Разве в огороде не полно овощей? Я не против есть что угодно из них». Он имел в виду, что если им не разрешается резать кур, то Мне все равно нужно будет есть мясо. Какой «внимательный», не так ли? Я говорю: «Какое мясо! Если у вас овощи, то Я не буду есть мясо. Если Я не велел тебе резать кур, так не режь их!» Это должно быть несложно понять, не так ли? (Так.) Но перед ним в данном случае встала дилемма. Не имея возможности резать кур, он чувствовал себя очень неуютно; он начал вести себя очень странно, будто одержимый. Поскольку в тот раз он не смог есть курицу, в следующий раз, когда Я пришел, он задал другой вопрос, который подводит нас к пятой фразе. Послушайте, как его вопросы становятся все более и более смехотворными. Что это был за вопрос? Он сказал: «Поскольку нам нельзя резать кур, а кроликов мы тоже держим — не мог бы ты их есть вместо курятины?» Я прямо разгневался. Говорю ему: «Маленькие кролики, которых мы держим, такие милые, с ярко-красными глазками и белоснежной шерсткой. Они так весело играют друг с другом. Почему ты всегда думаешь о том, чтобы есть мясо? Неужели без мяса тебе не обойтись?» Мне это было непонятно. На кухне у них никогда не было недостатка в мясе: бесконечные куриные ножки и свиные отбивные. Нельзя сказать, что у него не было мяса, которое он мог бы съесть. Так почему же он все время спрашивал о том, можно ли забивать кроликов и есть их мясо? Я просто ответил ему такими словами: «Убивать их тебе не разрешается! Зачем все время нужно кого-то убивать?» Увидев, что Я так реагирую, он испугался, что его подрежут, и больше не осмеливался задавать вопросы. Какие блюда он готовил после этого? В июне и июле в огороде было много всякой всячины; листовая зелень и овощи были в изобилии. Однажды этот лидер уставил блюдами весь стол. Что же он приготовил? Жареные ростки бобов маш, суп из ростков сои, тушеный с рыбой творог тофу, жареный зеленый горошек и яйца, жареные древесные грибы — на столе не было ни одного листового зеленого овоща. Я обвел все эти сухие блюда взглядом. Сезон требовал чего-то свежего, но блюда, которые он приготовил, были совершенно не по сезону. Я подумал: не нечестив ли этот человек? В огороде полно всяческих овощей, почему бы ему не приготовить зелень? В конце концов Я сказал, что его нужно быстро отослать прочь. Когда за приготовление пищи отвечает такой человек, люди никогда не смогут есть сезонные продукты. Вместо этого они всегда будут есть продукты не по сезону. Нормально это? Это определенно ненормально!

По вопросам, которые задавал этот лидер, и по его манере готовить Я понял, что, во-первых, у него плохие моральные качества, во-вторых, что у него нечестивый и коварный характер, и, в-третьих, что он не стремится к истине. Однако было и нечто неожиданное, можно даже сказать, странное. В прошлом, когда в этой церкви проходили выборы, за него голосовало больше всех людей, и даже на перевыборах он все равно получал больше всего голосов. Что могло случиться, чтобы такой человек неоднократно получал наибольшее количество голосов? Разве для этого не было причин с обеих сторон? (Были.) Для этого были причины с обеих сторон. Каковы были основные причины? С одной стороны, большинство братьев и сестер не стремились к истине и не понимали ее, им не хватало умения различать людей. С другой стороны, этому церковному лидеру чрезвычайно хорошо удавалось вводить людей в заблуждение. Вы не знаете, кем был этот человек, не видели, что он делал, и не знаете, каким он был за закрытыми дверями. Но исходя из тех вопросов, о которых Я говорил, а также из пяти фраз, которые он произнес, каким человеком он, по вашему мнению, был? Подходил ли он на роль церковного лидера? (Нет.) Тогда почему эти братья и сестры продолжали избирать его? Потому, что у него была стратегия, и он ввел этих людей в заблуждение. Он вовсе не был таким бесхитростным и приземленным, каким казался на первый взгляд; у него определенно была своя стратегия. Позже Я сказал, что в этой церкви нет людей, подходящих на роль лидера, и что на эту должность нужно отрядить кого-то другого. Но некоторые люди этого не поняли; они думали, что этот лидер не был выбран братьями и сестрами. Как следует определять понятие «братья и сестры»? Представляют ли братья и сестры истину? Такое ли определение дано им? (Нет.) Когда братья и сестры вместе формируют требования, правила, мнения и аргументы, обязательно ли они соответствуют истине? Должен ли Бог в первую очередь принимать во внимание их проблемы и заботиться о них? Может ли Бог это сделать? (Нет.) Так как же с ними следует обращаться? Какое определение следует дать этим братьям и сестрам? Большинство из них готово исполнять свой долг, трудиться и работать, но они не стремятся к истине. Им не хватает способностей и уровня, чтобы постигать истину, они глупые, оцепеневшие и скудоумные, они не способны различать людей и видеть суть вещей, они эгоистичны и своекорыстны. Хотя у них и есть кое-какие добрые намерения и они готовы от чего-то отречься, посвятить себя Богу и батрачить ради Него, но в чем же их фатальный недостаток? Они не понимают истины и не принимают ее. Они придерживаются такой мысли: «Кто меня кормит — тот мне мать, а кто дает мне деньги — тот мне отец». Любого, кто им полезен или выгоден, кто заступается за них и защищает их, того они и выбирают. Если бы таким людям позволили выбрать себе лидера, смогли бы они избрать хорошего руководителя? Не смогли бы. Смогли бы они добиться какого-то прогресса в своей жизни-вхождении? Если бы Вышнее позволило им быть такими своевольными и продолжать действовать так безрассудно, разве это не было бы безответственно? (Да.) У них в головах была каша, а у Вышнего — нет, и лидер, которого выбрали эти люди, был смещен и заменен другим человеком. Пусть даже эти люди не хотели принимать нового лидера, но если он мог осуществлять какую-то реальную работу, то был намного лучше, чем тот лжелидер, что вводил людей в заблуждение. Хотя эти братья и сестры не поняли обустройств Вышнего, наступит день, когда они постигнут некоторые истины и поймут какие-то вещи, и тогда они узнают, кто был хорошим, а кто плохим. Действуя таким образом, Вышнее полностью взяло на себя ответственность за них. Было ли это уместно? (Это было уместно.) Даже если они этого не понимали, нельзя было просто позволить им делать то, что они хотят, и избирать кого угодно. Хотят ли они взбунтоваться? Если они хотят творить зло, стать пособниками сатаны, они будут полностью уничтожены. Поэтому Вышнее приняло решение за них и выбрало другого лидера. Но они этого не приняли; они настаивали, что подходящий человек — тот, кого выбрали они. Это ли не нечестиво? Почему они всегда считали его хорошим? Что в нем было такого хорошего? Почему они так решительно хотели его оставить? Проблема была в том, что они были введены в заблуждение этим лжелидером и пострадали от него, сами того не осознавая. Право слово, то была кучка глупцов. Я закончил говорить на эту тему. Людей, подобных этому лжелидеру, мы приводим в качестве типичного примера для анализа в рамках этой темы — так делать правильно. В конце концов нечестивость их характера сама по себе типична.

Если говорить о наших беседах о нечестивости в рамках седьмого проявления антихристов, стала ли для вас эта тема более ясной благодаря тому, что мы объединили эти конкретные примеры, проанализировали и сравнили их? Сможет ли в будущем этот человек, о котором Я только что говорил, стремиться к истине — неизвестно, труднопредсказуемо, и мы пока воздержимся от каких-либо выводов. Однако одно можно сказать наверняка: его характер, сущность и природа были нечестивыми. Что же он любил? Любил ли он справедливость и праведность? Любил ли он различные истины, изреченные Богом? Любил ли он быть честным человеком, справедливо относиться к другим, поступать согласно принципам и искать истину? Любил ли он эти вещи? Он не любил ни одну из них — в этом можно быть уверенным на сто процентов. Через те несколько фраз, которые он произнес, и те несколько вопросов, которые он задал, разоблачилось то, что он любил глубоко в своем сердце, до мозга костей. Среди них не было ни одной, которая бы соответствовала позитивным вещам. Кто те люди, которые ему нравились и которых он готов был защищать? Он защищал тех, кто творил зло, кто мешал работе церкви, кто был совершенно лишен преданности и совершал при исполнении своего долга множество злодеяний. К таким людям он не относился с гневом или с ненавистью; он даже заступался за них и защищал их. На что это указывает? Что они были одного с ним рода: у них были с ним общие интересы и общая сущность. Они, естественно, были согласны друг с другом и принадлежали к одному и тому же гнилому типу. Когда некоторые братья и сестры продолжали вынашивать представления и неверное понимание Божьих слов и действий, что чувствовал этот лидер? Нес ли он бремя, когда нужно было решать эти вопросы? (Нет.) Он не нес этого бремени; он не решал эти вопросы и не обращал на них внимания — он закрывал на них глаза. Если кто-то унижал имя Божье или препятствовал работе Божьего дома и мешал ей, если кто-то не имел преданности и исполнял свой долг небрежно, или вредил интересам Божьего дома и чинил при исполнении своего долга помехи и разрушение, или выплескивал негатив и распространял представления, мог ли он назвать что-либо из этого проблемами? Он не мог назвать это проблемами; он думал: «Это нормально, так случается; у кого не бывает проявлений развращенности?» Что он имел в виду? Он имел в виду, что эти люди должны вести себя именно так, потому что тогда он не будет казаться таким плохим — он сможет «спрятаться» и «защититься». Это ли не нечестиво? Эти люди постоянно причиняли помехи и нарушения, а он не разбирался с ними. Исходя из этого, скажите Мне, было ли у него чувство справедливости? Любил ли он истину? За что он принимал Божий дом? Он не хотел, чтобы Божий дом был наполнен честными людьми, людьми, преданными Богу, людьми, которые следуют Божьим путем и знают свое место, исполняя свой долг. Он не хотел, чтобы все открывались и беседовали о словах Божьих, покорялись Богу и свидетельствовали о Нем. Он не хотел, чтобы все в Божьем доме были такими. Так чего же он хотел? Он хотел, чтобы все заводили корыстные связи, защищали интересы друг друга, не причиняли никому вреда и не выметали сор из избы. Он хотел, чтобы все взаимно защищали и покрывали друг друга, скрывали от посторонних все плохое, что делали другие, и выступали единым фронтом. Вот чего он хотел. Когда кто-то выставлял на всеобщее обозрение чужие проступки и истинные обстоятельства, предавал их огласке, говоря о них прямо и всем о них сообщая, он ненавидел и презирал такие действия. Ему нравилось, когда проступки оставались скрытыми и замаскированными, а ложь — неразоблаченной, и когда с теми, кто занимался обманом или наносил ущерб интересам Божьего дома, не поступали в соответствии с принципами. Что стало с Божьими словами, постановлениями и обустройствами работы Божьего дома в церкви, которой он руководил? Они обернулись пустыми словами и не могли быть реализованы. Почему их не удавалось реализовать? Потому что он их блокировал; он стал стеной, преграждавшей им путь. Таков нечестивый характер, который проявляют антихристы, искажая факты, применяя определенную тактику и прибегая к определенным схемам и уловкам, чтобы одурачить и обмануть других для достижения своих собственных целей.