Стандарты и основания для различения злых людей разного рода

II. На основании человечности

Далее мы продолжаем беседу о четырнадцатой обязанности лидеров и работников — быстро различать всякого рода злых людей и антихристов, после чего вычищать их или отлучать. Стандарты различения злых людей всякого рода делятся на три основные категории. Ранее мы побеседовали о цели веры в Бога, а затем перешли к человечности. Мы также классифицировали много различных проявлений, касающихся человечности. О каких нескольких проявлениях мы уже побеседовали? Зачитайте их. (Второй признак, по которому различают злых людей всякого рода, связан с их человечностью. Первое — любовь к тому, чтобы выставлять факты ложью и наоборот; второе — любовь к тому, чтобы пользоваться ситуацией в собственных интересах; третье — распущенность и несдержанность; четвертое — склонность к мести; пятое — неумение держать язык за зубами.) В наших беседах мы дошли до пятого пункта о неумении держать язык за зубами. Как Я уже говорил, о чем бы мы ни общались, — о конкретных ли проявлениях человечности или о чем-то ином, — на людей разных типов сказанное произведет разный эффект. Кто стремится к истине, тот, послушав беседу, сосредоточится на изучении себя; он оценит себя по Моей беседе и инициативно, позитивно войдет. Однако те, кто не стремится к истине, например рабочие, просто послушают, и дело с концом. Они не принимают сказанного близко к сердцу и не слушают от всей души. Иногда они даже засыпают, слушая проповеди. Они не могут впитать сказанного и даже думают: «Что толку слушать об этих пустяках? Это напрасная трата времени — я ведь еще даже не доделал текущую работу!» Они вечно переживают из-за задач, над которыми нужно батрачить. Они батрачат с особым энтузиазмом и преданностью, демонстрируя верность, но когда дело доходит до вопросов, связанных с истиной, они просто не могут собраться с силами. Это ясно раскрывает, что такие люди не интересуются истиной; их устраивает просто батрачить. Есть и другая группа людей — как бы Божий дом ни беседовал об истине, их отношение всегда одинаково: «Я просто противлюсь и враждебен этому. Даже если ты укажешь на мои проблемы и изобличишь мои проявления, раскрытия и характеры, я все равно не обращу на это внимания и не приму этого всерьез. И что с того, что другие знают, что меня изобличают?» Они просто бесстыдно продолжают не повиноваться и сопротивляться — в этом они неисправимы. В любом случае у разных типов людей различаются разные проявления. Истина выступает обоюдоострым мечом и лакмусовой бумажкой и для тех, кто к ней стремится, и для тех, кто готов батрачить, но не любит истину, и для тех, кто испытывает к ней отторжение и отвращение. По ней можно оценивать как отношение людей к истине, так и путь, которым они идут.

Е. Неразумное поведение, при котором человек своевольно создает проблемы, а никто другой не смеет его провоцировать

Ранее мы побеседовали о том, как различать пять проявлений всяких злых людей. Сегодня мы продолжаем эту тему беседой о шестом проявлении. Это также проявление одного из типов злых людей — вернее, тех, кого все недолюбливают, даже если не считают людей такого типа злыми. Почему так происходит? Да потому, что у этих людей нет ни совести, ни разума, ни нормальной человечности, и иметь с ними дело особенно хлопотно и трудно, что вызывает у окружающих отторжение. Каковы же конкретные проявления таких людей? Это неразумное поведение и то, что такие люди своевольно создают проблемы, а никто другой не смеет их провоцировать. Есть ли в церкви такие люди? Хоть их не так уж много, но они определенно есть. Каковы же их конкретные проявления? В обычных обстоятельствах эти люди могут нормально выполнять свой долг и вполне нормально взаимодействовать с другими; ты не заметишь за ними порочного характера. Но когда такой человек поступает против истин-принципов и его подрезают, он взрывается гневом, полностью отвергая истину и выдумывая демагогические оправдания. Внезапно ты понимаешь, что он подобен ежу, ощетинившемуся иголками, тигру, которого и тронуть нельзя. Ты думаешь: «Я так долго имел дело с этим человеком и считал, что у него хорошая человечность и понимание, что с ним легко общаться и он способен принять истину. Вот уж не ждал, что он окажется неразумным и будет своевольно создавать проблемы. В будущем надо быть поосторожнее в общении с ним, по возможности свести контакты к минимуму и держаться от него подальше, чтобы не провоцировать его». Вы видели таких людей — неразумных и своевольно создающих проблемы? Обычно те, кто их понимает, знают, насколько они устрашающи, и разговаривают с ними подчеркнуто вежливо и осторожно. В частности, в разговоре с таким человеком ни в коем случае нельзя его задевать, иначе наживешь бесконечные проблемы. Некоторые скажут: «Да кто же эти хамы? Нам такие пока не встречались». В таком случае нам действительно нужно об этом поговорить. Например, когда братья и сестры беседуют о своем опыте и кто-то из них упоминает о своих развращенных состояниях либо личных трудностях, другие неизбежно начинают ему сопереживать, поскольку у них был похожий опыт или чувства. Это вполне нормально. Послушав такое, человек может подумать: «У меня тоже был такой опыт, так что давайте вместе побеседуем на эту тему. Я хочу послушать, как ты через это прошел. Если твои слова будут содержать свет и касаться моей проблемы, я приму их и стану практиковать в соответствии с твоим опытом и путем, чтобы посмотреть, какими будут результаты». Есть только один тип людей, которые, услышав, как кто-то другой беседует о самопознании и обнажает собственную развращенность и уродство, решают, что таким образом человек косвенно изобличает и осуждает их самих, и не могут удержаться, чтобы не хватить кулаком по столу и не разразиться гневом: «Да у кого нет развращенности? Кто живет в вакууме? Как по мне, ваша развращенность еще хуже моей! Да кто все вы такие, чтобы нападать на меня и изобличать меня? Как по мне, вы просто хотите усложнить мне жизнь и отторгнуть меня! Это все лишь потому, что я из деревни и не умею подольщаться ко всем вам приятными словами, разве нет? Это все потому, что я не так образован, как вы, верно? На меня даже Бог свысока не смотрит — какое у вас право смотреть на меня свысока!» Другие говорят: «Это обычная беседа, она не направлена против тебя. У всех ведь одинаковые развращенные характеры, разве нет? Когда человек в беседе на какую-то тему упоминает о собственном развращенном состоянии, у других неизбежно окажутся похожие состояния. Если ты чувствуешь, что у тебя тоже такое состояние, то и сам можешь побеседовать о своем опыте». А человек на это отвечает: «Вот как? Я бы стерпел такую беседу от одного человека, но с чего вы теперь начинаете издеваться надо мной вдвоем-втроем? Думаете, мною легко помыкать?» Чем больше он говорит, тем возмутительнее его слова, не так ли? (Так.) Когда подобные люди говорят такое, это разумно? (Нет.) Если ты действительно считаешь, что другой человек выбрал тему для общения в пику тебе, то можешь сам поговорить или побеседовать на эту тему; прямо спроси, направлено ли это против тебя, а не приплетай сюда то, что ты крестьянского происхождения, не особо образован или что другие смотрят на тебя свысока. К чему об этом говорить? Это же разглагольствования о правильном и неправильном, не так ли? Ты неразумно ведешь себя и своевольно создаешь проблемы, не правда ли? (Правда.) Как вы считаете — разве такие люди не ужасны? (Ужасны.) После того как человек устраивает такую сцену, все уже знают, что он из себя представляет, и в беседах на дальнейших собраниях им приходится постоянно говорить осторожно и следить за его выражением лица. Если оно мрачнеет, другие побаиваются высказываться, и во время бесед на собраниях все чувствуют себя так, словно им затыкают рот. Разве это не оковы и помехи, вызванные тем, что человек неразумен и своевольно создает проблемы? (Так и есть.) Никому из таких неразумных людей, своевольно создающих проблемы, ничего не докажешь; они не примут истину, и их никак нельзя спасти.

У людей такого типа — неразумных и своевольно создающих проблемы — есть и другое проявление. Некоторые на собраниях вечно говорят: «Мне больше нельзя поступать небрежно. Мне нужно сосредоточиться на практике истины; мне нужно стремиться к совершенству. Я по натуре рвусь быть лучшим. Все, что я делаю, должно быть сделано хорошо». Но это лишь на словах, а на деле, выполняя свой долг, они по-прежнему действуют небрежно, в этой их работе много проблем, и ей далеко до нужного результата — свидетельства о Боге. Когда лидеры указывают на проблемы с тем, как такой человек исполняет свой долг, и подрезают его, он тут же злится и заявляет: «Я так и знал. Все вы судите меня за моей спиной и говорите, что у меня плохие профессиональные навыки. Дело ведь попросту в том, что все вы смотрите на меня свысока, не так ли? Я всего лишь немного ошибся, вот и все. Разве обязательно так меня подрезать? Да и кто не совершает ошибок? Вот ты говоришь, что я действую небрежно, — а разве ты сам не бывал небрежен в своей работе? Кто ты такой, чтобы меня критиковать? Кто из вас смог бы взять на себя эту работу, если бы не мое сотрудничество?» Что вы думаете о таких людях? Что бы они ни делали, они не позволяют другим указывать на их недостатки и давать советы; они не принимают даже оправданную подрезку. Кто бы о них ни высказывался, они выступают против него и противостоят ему, произнося неразумные слова и даже заявляя, что на них смотрят свысока, издеваются над ними, поскольку они одиноки и бессильны, или еще что-то такое. Разве подобные люди не ведут себя буйно и неразумно, своевольно создавая проблемы? Некоторые после подрезки даже бросают свой долг: «Не буду я больше заниматься этой работой. Можете с ней справиться — вперед, а я посмотрю, сумеете ли вы продолжать работу без меня!» Братья и сестры пытаются переубедить такого человека, но он не слушает. Даже когда лидеры и работники беседуют с ним об истине, он отказывается ее принимать; он задирает нос и бросает свой долг. На собраниях он дуется, не читает Божьих слов и не беседует; он всегда приходит последним и уходит первым. Уходя, он топает ногами и хлопает дверью, и большинство людей понятия не имеют, что с ним делать. Когда с таким человеком что-то случается, он городит абсурдные аргументы и чушь, начинает буйствовать и даже кидается вещами, и его абсолютно невозможно вразумить. У некоторых бывают и еще более серьезные проявления — если братья и сестры не здороваются с таким человеком, это вызывает у него недовольство, и на собраниях он при случае принимается стенать: «Я знаю, все вы смотрите на меня свысока. На собраниях все вы только тем и заняты, что беседуете о божьих словах и обсуждаете свое понимание на основе опыта. А до меня никому нет дела, никто мне не улыбнется, а когда я ухожу, никто меня не провожает. Да что вы за верующие такие? Вам и вправду недостает человечности!» Подобные люди устраивают в церкви вот такие скандалы. Они приходят в ярость даже по пустякам и выплескивают все свое накопившееся недовольство. Очевидно, что они проявляют свой развращенный характер, но они не анализируют и не познают себя, и у них нет желания стремиться к изменениям или к истине. Вместо этого они выискивают проблемы в других, измышляют всяческие оправдания, чтобы обеспечить себе душевное равновесие, и при этом ищут возможности выплеснуть свое недовольство. Что еще важнее, они добиваются, чтобы побольше людей заметили их и прониклись страхом: так они пытаются заполучить среди тех какой-то авторитет и внимание. Подобные люди создают массу проблем! Что бы они ни говорили, никто не смеет сказать им «нет»; никто не смеет запросто давать им оценки; никто не смеет открываться им и беседовать с ними. Даже если кто-то заметит за ними недостатки и развращенные характеры, то не решится на них указать. На собраниях, беседуя о своем личном опыте и о собственном понимании Божьих слов, все старательно избегают «осиного гнезда» — подобного человека — из страха спровоцировать его и накликать проблемы. Некоторые люди на собраниях выпускают пар, потому что дома или на работе их обидели или вызвали у них недовольство. Они явно превращают братьев и сестер в отдушину, в мальчиков для битья. Когда они расстроены, они приводят нелепые аргументы, плачут и устраивают истерики. Кто ж тогда осмелится беседовать с ними об истине? Если с таким человеком беседуют и какое-то слово его задевает, он принимается угрожать самоубийством. От этого еще больше проблем. Таким людям не годится ни нормальная беседа, ни нормальный разговор; с ними не годится держаться ни слишком тепло, ни слишком холодно; избегать их не годится, и слишком сближаться тоже не годится; если подобный человек счастлив, а братья и сестры не ликуют вместе с ним, так не годится; если у него возникли трудности, а братья и сестры не печалятся вместе с ним, так тоже не годится. Таких людей ничего не устраивает. Что ни сделай, это может вызвать у них раздражение и ярость. Как с ними ни обходись, они всегда недовольны. Их могут спровоцировать даже Мои проповеди и беседы о состояниях некоторых людей. Как это их провоцирует? Они думают: «Ты ведь меня изобличаешь, разве нет? Ты со мной даже не общался, и я ничего не рассказывал тебе о том, что делал втайне. Откуда же ты знаешь? Наверное, кто-то на меня настучал. Надо выяснить, кто с тобой общался, кто настучал, кто на меня донес; я этого так не оставлю!» У людей такого типа — неразумных, своевольно создающих проблемы — могут возникать извращенные мысли о чем угодно, и такие люди ни к чему не способны относиться правильно. Их невозможно вразумить! Они абсолютно нерациональны, а истину принять они тем более не способны. От того, что они остаются в церкви, нет никакой пользы — один лишь вред. Они просто обуза, груз, который нужно поскорее сбросить с плеч; их нужно сразу же вычищать!

В Китае людей за веру в Бога притесняет и преследует большой красный дракон; очень многие подвергаются гонениям и не могут вернуться домой. Но некоторые считают, что раз их преследуют и у них нет возможности вернуться домой, то это засчитывается им как заслуга или квалификация. Они живут у принимающих семей, и они не просто заставляют других прислуживать себе: чуть что идет немного не так, как им хочется, или они начинают скучать по дому, как они закатывают сцену, а другим приходится их уговаривать и терпеть. Такие люди неразумны и своевольно создают проблемы, не правда ли? Гонениям подвергается столько людей, а принимающих семей не так уж много. Братья и сестры из любви принимают у себя тех, кто не может вернуться домой, и позволяют им жить у себя дома, чтобы те не бродяжничали. Разве это не Божья благодать? Но некоторые не только не ценят Божью благодать, а и не замечают любви братьев и сестер. Вместо этого они чувствуют себя обиженными и даже жалуются и буйствуют. В домах братьев и сестер условия жизни на самом деле несколько лучше, чем дома у них самих. Особенно в плане веры в Бога и выполнения долга жить у братьев и сестер даже лучше, чем у себя дома, а когда рядом есть братья и сестры, с которыми можно гармонично сотрудничать, это всегда намного лучше, чем быть совсем одному. Даже если условия жизни в некоторых регионах оставляют желать лучшего, они все равно соответствуют среднему уровню жизни. А самое главное, что человек может жить с братьями и сестрами, часто бывать на собраниях, есть и пить Божьи слова, постигать больше истин и знать цели своих устремлений. Поэтому те, кто стремится к истине, способны пойти на эту жертву и претерпеть эти страдания. Большинство людей относятся к этому правильно; они в состоянии принять это от Бога, зная, что эти страдания того стоят и что им положено их претерпеть. Такие люди умеют правильно их воспринимать. Но некоторые неразумные, своевольно создающие проблемы, буйные люди просто не способны на такое понимание. Если они не смогут вернуться домой неделю, то, возможно, кое-как это вытерпят, но через две недели они мрачнеют, а через месяц-два начинают буянить, заявляя: «Почему это ваша семья вместе и счастлива, а я не могу вернуться к своей? Почему все вы можете приходить и уходить, когда заблагорассудится, а я не волен так делать?» Другие отвечают: «Разве это не из-за преследований большого красного дракона? Ведь нам, последователям Бога, и надлежит терпеть такие страдания, верно? Что такого страшного в этих невеликих страданиях? Учитывая обстоятельства, стоит ли привередничать? Другие же терпят эти страдания — а ты почему не можешь?» Неразумные люди, своевольно создающие проблемы, вообще не хотят страдать. Если бы их поймали и посадили в тюрьму, они бы точно стали иудами. Жить с принимающей семьей — это что, такое уж большое страдание? Во-первых, ты все же питаешься по-человечески; во-вторых, никто тебя не обижает; в-третьих, никто над тобой не издевается. Ты всего лишь не можешь вернуться домой и воссоединиться со своей семьей — и для неразумных людей, своевольно создающих проблемы, эти небольшие страдания просто неприемлемы. Когда другие беседуют с таким человеком об истине, он отказывается ее воспринимать и вместо этого говорит что-то вроде: «Не читай мне нотаций об этих высокопарных доктринах. Я понимаю не меньше тебя; я все это знаю! Просто скажи мне, когда я смогу вернуться домой? Когда большой красный дракон перестанет следить за моим домом? Когда я смогу вернуться домой без того, чтобы меня арестовал большой красный дракон? Если я не узнаю, когда смогу вернуться домой, то к чему мне жить!» И он опять закатывает сцену, и вот он уже сидит на полу и брыкается, и чем больше он брыкается, тем больше злится, и вдобавок у него начинается приступ буйства с плачем и стенаниями. Другие говорят: «Не шуми ты так. Если будешь продолжать в том же духе и соседи услышат и узнают, что здесь живут посторонние, то нас ведь раскроют, разве нет?» А он отвечает: «Мне все равно, я просто хочу поскандалить! Все вы можете вернуться домой, а я нет. Это нечестно! Я закачу такой скандал, что вы тоже не сможете вернуться домой, как и я!» Его приступ буйства не утихает, и в человеке явственно проступает озлобленность; никто не может его образумить и переубедить. Когда его настроение чуть улучшается, он угомоняется и прекращает скандалить. Но кто его знает — он может когда угодно снова начать буянить и скандалить: ему непременно понадобится выйти погулять и побыть на свободе, громко разговаривать в доме, и он будет постоянно замышлять, как бы ему вернуться к себе. Братья и сестры его предупреждают: «Тебе слишком рискованно возвращаться: за твоим домом следят полицейские соглядатаи». А он отвечает: «Мне все равно, я хочу вернуться! Поймают так поймают! Что в этом такого? В худшем случае я просто стану иудой!» Разве это не безумие? (Так и есть.) Он открыто говорит, что готов стать иудой. Кто осмелится принять такого у себя дома? Кому хочется, чтобы у него жил иуда? (Никому.) Разве это верующий в Бога? Братья и сестры принимают его как верующего в Бога. Если бы его человечность оставляла желать лучшего, это можно было бы терпеть; если бы он не стремился к истине, это также можно было бы терпеть. Но он способен навредить братьям и сестрам, предав церковь, став иудой и тем самым лишив многих людей возможности вернуться к себе домой или нормально выполнять свой долг, — кто может позволить себе взять на себя вину за эти последствия? Ты бы осмелился приютить у себя такого врага? Разве принимать у себя подобных людей — не значит просто навлекать на себя беду?

Неразумные люди, своевольно создающие проблемы, поступают лишь исходя из своих интересов и делают что хотят. Их слова — не более чем абсурдные аргументы и ересь, и такие люди невосприимчивы к доводам разума. Они преисполнены порочного характера. Никто не осмеливается с ними связываться, и никто не хочет беседовать с ними об истине, боясь навлечь на себя беду. Всякий раз, говоря с ними откровенно, другие люди чувствуют себя как на иголках: они опасаются, что если скажут такому человеку хоть слово, которое окажется ему не по вкусу или не будет соответствовать его желаниям, он за него ухватится и станет выдвигать против них вопиющие обвинения. Разве такие люди не злы? Разве они не живые демоны? Все люди с порочным характером и нездоровым разумом — живые демоны. А когда человек имеет дело с живым демоном, он может навлечь на себя беду всего лишь минутной неосторожностью. Если бы в церкви были такие живые демоны, разве это не предвещало бы больших проблем? (Предвещало бы.) Закатив истерику и выплеснув гнев, эти живые демоны могут некоторое время разговаривать по-человечески и извиняться, но после этого они не изменятся. Кто знает, когда их настроение испортится и они закатят очередную истерику, выдвигая свои абсурдные аргументы. Каждый раз у них разные мишени для истерик и выплескивания эмоций, разные источники и контекст этого выплескивания. Иными словами, что угодно может вывести их из себя и вызвать у них недовольство, что угодно может спровоцировать их на истерику и буйное поведение. Как это ужасно! Сколько от этого неприятностей! Эти невменяемые злые люди могут рехнуться в любой момент; никто не знает, на что они способны. Я испытываю к таким людям величайшую ненависть. Каждого из них следует вычистить — необходимо вычистить их всех до единого. Я не желаю иметь с ними дела. У них путаные мысли и грубый характер, полно абсурдных аргументов и дьявольских слов, а когда с ними что-то случается, они импульсивно выпускают пар. При этом кто-то из них плачет, кто-то кричит, еще кто-то топает ногами, а есть и такие, кто трясет головой и машет руками. Это просто звери, а не люди. Некоторые повара, выйдя из себя, кидаются кастрюлями и посудой; иные, кто разводит свиней или собак, во время срыва пинают и бьют животных, выплескивая на них весь свой гнев. Что бы ни случилось, эти люди всегда реагируют гневом; они не успокаиваются, чтобы проанализировать ситуацию, и не принимают ее от Бога. Они не молятся, не ищут истины и бесед с другими. Когда у них нет другого выбора, они терпят; когда они не хотят терпеть, то начинают беситься, городя нелепые аргументы, обвиняя и порицая других. Они часто говорят что-то наподобие: «Я знаю, что все вы образованы и смотрите на меня свысока», «Я знаю, что ваши семьи богаты и вы презираете меня за бедность» или «Я знаю, что вы меня презираете, потому что у меня нет основания в вере и я не стремлюсь к истине». Хоть они и явно в курсе своих многочисленных проблем, они никогда не ищут истину для их решения и не обсуждают самопознание в беседах с другими. Когда разговор затрагивает их собственные проблемы, они переводят стрелки и выдвигают ложные встречные обвинения, сваливая все проблемы и обязанности на других. Они даже жалуются, что ведут себя так потому, что окружающие плохо с ними обращаются, как будто это окружающие заставляют их устраивать истерики и безрассудно создавать проблемы, как будто это все остальные виноваты, а у них просто нет другого выбора, кроме как вести себя таким образом, и они защищаются, потому что имеют на это право. Всякий раз, когда такие люди недовольны, они принимаются выплескивать возмущение и нести чушь, настаивая на своих абсурдных аргументах, как будто все остальные неправы, как будто лишь они хорошие люди, а все остальные — злодеи. Сколько бы истерик ни закатывал такой человек, сколько бы ни городил нелепых аргументов, он требует, чтобы о нем говорили хорошо. Он запрещает другим изобличать и критиковать его, даже когда поступает неправильно. Если ты укажешь ему даже на мелкую проблему, он втянет тебя в бесконечные споры, и тогда можешь забыть о мирной жизни. Что же это за люди? Неразумные и своевольно создающие проблемы. Те, кто так поступает, — злые люди.

Неразумные люди, своевольно создающие проблемы, обычно могут и не совершать каких-либо значительных предательских или злых дел, но чуть только затрагиваются их интересы, репутация или достоинство, как они тут же взрываются гневом, закатывают истерики, буйствуют и даже грозятся покончить с собой. Скажите Мне, если в семье появится такой нелепый, неразумно грубый человек, разве от этого не пострадает вся семья? Дом тогда погрузится в смятение, наполнится криками и воем, и жизнь в нем станет невыносимой. В некоторых церквях есть такие люди; хотя это может быть неочевидно, когда все в порядке, никогда не знаешь, когда они могут вспыхнуть и раскрыть себя. К основным проявлениям таких людей относятся, среди прочего, истерики, абсурдные аргументы и сквернословие в общественных местах. Даже если такое поведение имеет место лишь раз в месяц или полгода, оно причиняет большие страдания и трудности, в той или иной степени мешая церковной жизни большинства людей. Если действительно подтвердится, что кто-то подпадает под эту категорию, с ним следует немедленно разобраться и вычистить из церкви. Кто-то может сказать: «Эти люди не делают никакого зла. Их нельзя считать злыми людьми; с ними следует быть терпимыми и терпеливыми». Скажите Мне, допустимо ли обойтись без разбирательства с такими людьми? (Нет.) Почему нет? (Потому что их действия причиняют значительные неприятности и огорчения большинству людей, а также мешают церковной жизни.) Исходя из этого результата, очевидно, что те, кто мешает церковной жизни, не должны оставаться в церкви, даже если они не злые люди и не антихристы. Дело в том, что такие люди не любят истину, а испытывают к ней отвращение, и сколько бы лет они ни верили в Бога, сколько бы проповедей ни прослушали, истину они не примут. Как только они делают что-то плохое и их подрезают, они закатывают истерики и несут чушь. Даже когда кто-то беседует с ними об истине, они ее не принимают. Никто не может им ничего доказать. Даже когда Я беседую с ними об истине, с виду они могут не возражать, но в душе они ее не принимают. Столкнувшись с какой-то реальной ситуацией, они вновь принимаются за старое. Они и Моих-то слов не слушают, а уж ваших советов тем более не примут. Пусть эти люди, возможно, и не совершают больших злодеяний, но они ни капли не принимают истину. Если посмотреть на их природу-сущность, то они не только лишены совести и разума — они еще и неразумны, своевольно создают проблемы, и им ничего не докажешь. Могут ли такие люди достичь Божьего спасения? Точно нет! Те, кто вообще не принимает истину, — маловеры, слуги сатаны. Когда дела идут не так, как им хочется, они закатывают истерики, настойчиво выдвигают абсурдные аргументы и не прислушиваются к истине, как о ней ни беседуй. Такие люди неразумны и своевольно создают проблемы, они чисто дьяволы и злые духи; они хуже зверей! Они сумасшедшие с нездоровым разумом и неспособны к истинному покаянию. Чем дольше они остаются в церкви, тем больше у них представлений о Боге, тем более неразумные требования они предъявляют к Божьему дому и тем больше мешают и вредят церковной жизни. Это влияет на жизнь-вхождение избранных Божьих и на нормальный ход церковной работы. Они вредят работе церкви не меньше злых людей; их следует вычищать из церкви как можно раньше. Некоторые скажут: «Они ведь просто немного буйные, разве нет? Они не дотягивают до того, чтобы их можно было считать злыми, так не лучше ли было бы относиться к ним с любовью? Если мы позволим им остаться, то, может быть, они смогут измениться и спастись». Говорю тебе, это невозможно! Тут нет никакого «может быть» — этих людей ни в коем случае нельзя спасти. Причина в том, что они не могут ни понять истину, ни тем более принять ее; у них нет совести и разума, их мыслительные процессы ненормальны, и им не хватает даже самого элементарного здравого смысла, необходимого для того, чтобы нормально вести себя. Это люди с нездоровым разумом. Бог таких категорически не спасает. Даже если у человека мышление чуть нормальнее и уровень повыше, но он вообще не принимает истину, то спасти его нельзя — что уж говорить о людях с нездоровым разумом. Не слишком ли глупо и невежественно продолжать относиться к таким людям с любовью и возлагать на них какие-то надежды? Сейчас Я говорю вам: вычищать из церкви неразумных людей, которые своевольно создают проблемы и которым ничего нельзя доказать, — это абсолютно правильно. Это в корне лишает их возможности изводить церковь и Божьих избранных. Это обязанность лидеров и работников. Если в какой-то церкви есть такие неразумные люди, Божьи избранные должны сообщать о них, а когда лидеры и работники получают такие сообщения, они обязаны быстро разбираться с вопросом. Таков принцип обращения с людьми шестого типа — неразумными и своевольно создающими проблемы.