Дополнение. Анализ проблем, возникающих при расшифровке проповедей

Как Я слышал, некоторые отмечали, что расшифровщики убрали из начала последних нескольких проповедей истории и оставили только основное содержание этих проповедей. Так ли это на самом деле? Какие истории были изъяты из следующих за ними проповедей? («Рассказ о Дабао и Сяобао», «Рассказ о Дамине и Сяомине» и «Обсуждение капитала: „Не придирайтесь!“») Эти три истории были исключены из содержания проповедей, но зачем? По какой причине? По всей видимости, расшифровщики сочли, что предваряющие истории не вписываются в дальнейшее содержание проповедей, и поэтому убрали их. Было ли это оправданно? Расшифровщики поступили именно так. Они были слишком высокомерны и уверены в собственной правоте, раз убрали эти рассказы и выделили их в отдельные главы, без основного содержания проповедей. Как, по вашему мнению, получилось — хорошо или плохо? Далее, считаете ли вы, что предваряющая история должна быть связана с последующей проповедью и сочетаться с ней? Действительно ли это необходимо? (Нет.) Тогда почему те, кто расшифровывал проповеди, впали в такое заблуждение относительно этого задания? Откуда у них такое убеждение? В чем здесь проблема? Они думали про себя: «Рассказанные Тобой истории не касаются темы. Я уберу их за Тебя, а при распространении не буду соединять их. Проповеди — это проповеди, давайте излагать их связно одну за другой. Содержание предваряющих историй не должно отвлекать от содержания проповедей. Я уберу их за Тебя, потому что Сам Ты не понимаешь проблемы». Благое ли это намерение? Откуда проистекает это их благое намерение? Исходит ли оно из человеческих представлений? (Да.) Когда Я проповедую, должен ли Я рассматривать все так всесторонне? Обязана ли каждая история, которую Я рассказываю, соответствовать последующему содержанию? (Нет.) В этом нет необходимости; это называется предписанием, представлением. Какие ошибки допустили расшифровщики? (Они поступили в соответствии со своими представлениями и фантазиями.) Что еще? (Они действовали безрассудно и самовольно.) Такое поведение немного безрассудно и самовольно по своей природе; у них нет богобоязненного сердца. Говорить так — разумно, но это все равно расходится с сущностью вопроса. Когда они расшифровывали проповеди, с каким отношением и с какой позиции они смотрели на все, что сказал Бог? Будь то истории или проповеди, с каким отношением и с какой позиции они воспринимали и слушали все эти повествования? (С позиции знаний и обучения.) Верно. Взгляд на рассказываемые истории и содержание проповедей с позиции знаний как раз и приводит к этой проблеме. Они считают, что когда Я произношу проповедь, неважно, о каком разделе Я хочу рассказать, содержание должно быть последовательным; каждое предложение должно быть логичным, каждое предложение должно соответствовать всеобщим представлениям, и каждый раздел должен иметь четкую цель. Они оценивают Мои проповеди в соответствии с этим представлением. Свидетельствует ли это о недостатке духовного понимания? (Да.) Это и в самом деле недостаток духовного понимания! Подходить к тому, о чем Я говорил, с позиции знаний, используя логику и умозаключения, — значит совершать серьезную ошибку. Я беседую об истине, а не произношу речи; ты должен ясно понимать это. Те из вас, кто слышал проповеди на собрании, а затем прослушивал эти же проповеди в расшифрованном виде, заметили ли вы какие-нибудь важные моменты или вещи, которые были сказаны в тот раз и которые они убрали? Было ли что-нибудь подобное? Например, может быть, вы услышали на собрании отрывок, который был очень волнующим и назидательным, а потом при прослушивании проповеди в записи обнаружили, что этого отрывка там нет; он был удален. Случалось ли с вами такое? Если вы слушали невнимательно, то могли и не заметить, так что впредь будьте внимательны. Однажды Я слушал запись, и там, где Я только начал обсуждать различные проявления антихристов, перечисляя их от первого до пятнадцатого, они убрали из каждого подробные пояснения и комментарии, оставив простое перечисление — первое проявление, второе проявление, третье проявление и так далее. Каждое проявление описывалось очень быстро, одно за другим, гораздо быстрее, чем говорил бы школьный учитель на уроке. Для большинства людей, которые раньше не слышали эту проповедь и не были с ней знакомы, при ее прослушивании не оставалось простора для размышлений. Если бы они захотели прослушать ее внимательно, им пришлось бы постоянно делать паузы: выслушать одно предложение, быстро сделать заметки, обдумать смысл этого предложения, а потом воспроизводить следующее. Иначе темп был бы слишком быстрым, и они не успевали бы за ним. Это была серьезная ошибка тех, кто редактировал записи проповедей. Проповедь — это разговор, дискуссия. Каково содержание проповедей? В них обсуждаются различные истины и различные состояния людей; все они связаны с истиной. Так вот, легко ли людям принять и понять это содержание, связанное с истиной, или же оно требует размышления, обдумывания и умственной работы, после чего постепенно появляется отклик? (Оно требует размышления, обдумывания и умственной работы.) Исходя из этого, в каком темпе должен говорить тот, кто проповедует? Хорошо ли будет, если он начнет говорить быстро, как из пулемета? (Нет.) Как учитель, ведущий урок? (Нет.) Как человек, произносящий речь? (Нет.) Это совершенно не годится. Во время проповеди должны быть вопросы и ответы, простор для размышлений, время на то, чтобы люди могли ответить, — вот такой темп подходит. Они расшифровали проповеди, не поняв этого принципа; говорит ли это о недостатке духовного понимания? (Да.) Им действительно не хватает духовного понимания. Они думали: «Все, о чем Ты сейчас говоришь, я уже слышал. Я могу запомнить суть после одного прослушивания, и я знаю, о чем Ты говоришь. Используя свой опыт и прекрасные навыки, которые я приобрел, часто редактируя записи проповедей, я буду делать это именно так и ускорять темп». Ускорение темпа само по себе не казалось большой проблемой, но как оно влияет на расшифровку проповеди? Она превращается в эссе. А когда проповедь превращается в эссе, человек теряет ощущение того, что слушает ее лично; может ли она дать тот же эффект? Разница обязательно будет. Эта разница улучшает или ухудшает впечатление? (Ухудшает.) Ухудшает. Люди, которым не хватает духовного понимания, действуют по собственной инициативе и считают себя умными. Они считают себя образованными, умелыми, одаренными и сообразительными, но в итоге совершают неразумные поступки. Разве не так происходит? (Так.) Почему в Своих проповедях Я иногда задаю вам вопросы? Некоторые говорят: «Может быть, Ты боишься, что мы заснем». Так ли это? Почему Я иногда говорю о посторонних вещах, отклоняюсь от темы и обсуждаю что-нибудь легкое и веселое? Это нужно для того, чтобы вы расслабились, чтобы у вас появился простор для размышлений. Это также позволяет вам шире понять тот или иной аспект истины, чтобы вы не ограничивали свое понимание словами, буквальным значением, доктринами или грамматической структурой, — оно не должно ограничиваться этими вещами. Поэтому Я иногда говорю о другом; иногда шучу, чтобы разрядить атмосферу, но на самом деле Я делаю это в основном для достижения определенного результата — вы должны это понимать.

Видишь ли, когда религиозный пастор читает проповедь, он встает за кафедру и говорит только на нудные темы, не имеющие ни малейшего отношения к реальной жизни людей, их душевному состоянию или существующим проблемам. Все это мертвые слова и доктрины. Он не говорит ничего, кроме нескольких приятных слов, и выкрикивает пустые лозунги. Слушателям становится скучно, и они ничего не получают от прослушивания. В итоге получается, что пастор говорит наверху, а внизу никто не обращает на него внимания; нет никакого взаимодействия. Разве пастор не сотрясает воздух впустую? Пасторы читают проповеди таким образом, просто чтобы заработать на жизнь, ради собственного благополучия; они не задумываются о нуждах прихожан. Что же касается нас, то для нас проповедование — это не совершение религиозного обряда или выполнение какого-либо задания, а средство достижения определенных результатов. Чтобы достичь результатов, необходимо учитывать все аспекты: потребности всех типов людей, их представления, фантазии и состояния, а также их взгляды. Помимо этого необходимо учитывать, насколько люди каждого социального класса могут принять используемый язык. Некоторым образованным людям, любящим формальный язык, необходимо слышать литературные слова, относительно грамматически правильные и логичные. Они способны их понять. Есть и обычные люди, представители более низких слоев общества, которые не знакомы с таким формальным языком, — так что же Мне делать? Я должен говорить несколько просторечно. Раньше Я мало пользовался просторечием, но с годами немного научился, и теперь иногда даже подбрасываю пословицы или рассказываю анекдоты. Таким образом, после прослушивания каждый почувствует, что все, о чем Я говорю, легко понять человеку любого социального класса, и что это касается его самого. Но если бы Я использовал только просторечие, содержание проповеди звучало бы недостаточно глубоко, поэтому к просторечию необходимо добавлять немного формальной лексики, выражая все языком повседневной жизни; только тогда язык будет соответствовать минимальному стандарту. Начиная пользоваться просторечием, следует помнить, что слишком частое применение таких выражений, как «короче говоря», «как бы», «в смысле» и тому подобных, может повлиять на полноту передачи истины. Однако если бы все говорилось формальным языком, так упорядоченно и официально, шаг за шагом, следуя грамматической логике и рассуждениям, без единой ошибки, как при чтении эссе или текста, будто все было прописано от начала до конца, слово за словом, вплоть до знаков препинания, как вы думаете, это бы сработало? Это было бы слишком хлопотно, у Меня нет на это сил. Это первый аспект. К тому же, независимо от того, образован человек или нет, каждый проявляет различные аспекты своей человечности, и эти проявления человечности связаны с реальной жизнью. Реальная жизнь, в свою очередь, неотделима от языка повседневности; она неотделима от среды, в которой ты живешь. Эта жизненная среда заполнена именно таким повседневным языком, с долей просторечия, плюс немного простой лексики с некоторым литературным оттенком. Этого достаточно; в принципе, это охватывает и включает в себя весь необходимый спектр. Независимо от того, стар человек или молод, необразован или обладает какими-то знаниями, каждый, в сущности, способен уловить эти слова, каждый может их понять; он не заскучает и не почувствует, что это выше его сил. Вот что нужно учитывать в беседах и при проповедовании, принимая во внимание все аспекты людских потребностей. Чтобы проповедь принесла результат, ты должен учитывать все эти аспекты: темп речи, выбор слов и манеру изложения. Кроме того, когда ты излагаешь что-то и беседуешь об одном из аспектов истины, в какой момент она будет изложена достаточно полно? В какой момент она еще недостаточно полна? Какие аспекты следует добавить? Все это необходимо обдумывать. Если ты даже не задумываешься об этих аспектах, значит, твоя способность мыслить резко ограничена. Там, где другие видят картину в двух измерениях, ты должен уметь мыслить в трех. Ты должен видеть полнее и точнее других, уметь ясно представлять себе всевозможные проблемы, а также чувствовать задействованные истины-принципы. Таким образом, все аспекты развращенного характера, которые люди способны вообразить себе, выразить или раскрыть, а также связанные с ними состояния, будут в основном охвачены и понятны всем. Должны ли расшифровщики также обладать таким уровнем и способом мышления? Если они ими не обладают и всегда полагаются на полученные знания, чтобы кратко изложить основную мысль проповеди, ее центральную идею и суть каждого раздела, это будет похоже на то, как китайские школьники изучают литературные тексты. Сначала учитель заставляет их просмотреть весь текст, а затем внимательно прочитать его. На первом официальном уроке учитель излагает суть первого абзаца, вводит новую лексику и обсуждает связанную с ней грамматику. Когда все разделы изучены, ты должен выучить их наизусть, составить предложения с новой лексикой, понять центральную идею текста и цель его написания. Таким образом, у тебя будет полное понимание того, что пытался донести своим текстом автор. Все изучали эти вещи, все их знают, но если ты применяешь их к расшифровке проповеди, это слишком элементарно. Я говорю тебе, если ты пишешь эссе, то можешь воспользоваться этими приемами; это просто элементарный здравый смысл при написании текста. Но если ты применишь это мышление, эту теорию, этот метод при расшифровке проповеди, не ошибешься ли ты? Вполне можешь ошибиться. Ты не знаешь, зачем Я хочу рассказать эту историю, не пытаешься понять истину, которую должен понять из этой истории, — это ошибка. Кроме того, способен ли ты понять истину как из истории, так и из содержания проповеди? Если ты не можешь ее понять, значит, тебе не хватает духовного понимания. Какую квалификацию в деле расшифровки проповедей может иметь человек, не обладающий духовным пониманием?

Как вы все думаете, зачем Я рассказываю истории? Расшифровщики проповедей этого не знают, поэтому вносят собственные соображения. Они считают, что если Я хочу рассказать историю, то она должна быть связана с последующим содержанием — они не знают, зачем Я рассказываю истории. Вы ведь тоже не знаете, правда? Раз не знаете, Я расскажу вам. С самого начала и до сих пор Я около десятка раз рассказывал о различных проявлениях антихристов, но охватил только половину из них. Если бы Я рассказал все это содержание за один раз, получилось бы довольно скучно, не так ли? Если бы каждый раз в начале разговора Я сразу же переходил к делу — сначала заставлял бы всех просмотреть то, что обсуждали в прошлый раз, затем начинал говорить, а вы все торопливо делали бы заметки, писали и писали, с трудом удерживаясь, чтобы не клевать носом, — и если бы Я, закончив разговор, заставлял всех подводить итоги, а вы бы терли глаза, пролистывали и пересказывали содержание сегодняшней беседы, и, когда уже казалось, что все более-менее запомнили его, Я бы сказал: «На сегодня все, давайте закругляться, продолжим говорить об этом в следующий раз», — тогда бы все немного расстроились: «На каждом собрании мы говорим об этих вещах, по одной и той же схеме; содержание слишком затянуто и сухо». Более того, беседа об истине должна быть многогранной, чтобы люди одновременно продвигались во всех аспектах истины. Это похоже на жизнь-вхождение человека: он должен расти в плане самопознания, изменения характера, познания Бога, осознания своих различных состояний, а также человечности, прозорливости и всех остальных аспектов — все они должны развиваться параллельно. Если во время проповеди Я буду обсуждать только различение всевозможных проявлений антихристов, люди могут отложить в сторону другие аспекты истины и будут целый день думать: «Кто похож на антихриста? А я — антихрист? Сколько их вокруг меня?» Это повлияет на вхождение в другие аспекты истины. Поэтому Я думаю о том, как включить в содержание проповеди еще одну истину, чтобы люди могли понять дополнительную истину; то есть, обсуждая тему «Разоблачение антихристов», люди могут попутно понять и некоторые другие аспекты. Результат такой проповеди лучше, не так ли? (Да.) Например, когда ты ешь основное блюдо, ты иногда съедаешь вместе с ним яблоко. Это дает дополнительную пищу, не так ли? (Да.) Тогда скажи, нужно ли Мне рассказывать истории? (Да.) Несомненно. Если бы в этом не было необходимости, зачем бы Я их рассказывал? Использование историй для обсуждения каких-то легких и веселых тем позволяет людям приобретать и получать что-то в других аспектах истины. Это хорошо. Закончив обсуждать эти легкие темы, Я возвращаюсь к основной. Такая схема проповеди вполне уместна. Что ты ешь перед основным блюдом? (Закуску.) Да, закуску. Закуски обычно очень вкусные и возбуждают аппетит, верно? Когда Я рассказываю историю, ты можешь почерпнуть из нее какой-то аспект истины, углубить свои знания или понимание. Все это хорошо. Конечно, те, кому не хватает духовного понимания, слушают истории и слышат только то, что находится на поверхности, не видя в глубине истину, которую нужно понять. Им не хватает духовного понимания — и с этим ничего не поделаешь. Например, слушая «Рассказ о Дабао и Сяобао», некоторые помнят только то, что Дабао был плохим, а Сяобао — глупым. Они помнят имена Дабао и Сяобао, но не помнят, при каких обстоятельствах человек в этой истории раскрыл свой развращенный характер, какой именно характер был раскрыт, в чем заключается этот характер и какое отношение он имеет к истине. В каких ситуациях ты сам проявил бы подобный характер? Сказал бы ты такие слова? Если ты скажешь: «Я бы не сказал таких слов», — то это вызывает беспокойство, поскольку доказывает, что ты не понял истину. Некоторые говорят: «Я могу произнести такие слова, столкнувшись с определенными ситуациями; это такой характер, который проявляется в определенном состоянии». Если ты это понимаешь, значит ты не зря слушал эту историю. Прослушав ее, некоторые скажут: «Что за человек этот Дабао? Он обижает и обманывает даже маленького ребенка. Какой же он мерзкий! Я бы не стал так обманывать детей». Разве это не недостаток духовного понимания? Они говорят только о самом сюжете, но не понимают заключенной в рассказе истины, о которой мы беседуем. Они не могут примерить ситуацию к себе; это говорит о недостатке духовного понимания, о серьезном недостатке духовного понимания. С этой проблемой сталкиваются расшифровщики проповедей. Как только речь заходит об истине, некоторые люди раскрывают взгляды маловера; как только речь заходит об истине, некоторым людям не хватает духовного понимания; как только речь заходит об истине, одни люди начинают искажать ее, другие становятся непримиримыми, третьи — нечестивыми, а четвертые начинают питать к ней отвращение. Так каким же характером обладают эти расшифровщики проповедей? Как минимум они высокомерны и чванливы, действуют по собственной инициативе, не понимая и не ища понимания. Они даже не спрашивали об этом; они просто взяли и отделили истории от последующего содержания. Они думают: «Эти проповеди дали мне для расшифровки, поэтому я имею право принять такое решение. Одним взмахом топора я начисто отсеку эти истории. Именно так я поступлю с проповедями, которые Ты мне дал. Если Тебе это не нравится, тогда не используй меня». Разве это не высокомерно и не самодовольно? Они не могут принять истину, они не понимают ее. Они не знают, в чем заключается их долг, что они должны делать, а чего не должны, — они ничего этого не знают. Люди, которым не хватает духовного понимания, могут совершать только неразумные, бесчеловечные и недостойные поступки. Они также совершают поступки, нарушающие истины-принципы, считая себя умными и не покоряясь. Записи Моих проповедей были даны им для расшифровки, и какие бы мнения или мысли у них ни возникали по поводу того, как поступать с записями, они не спрашивали Меня. Не является ли это очень серьезной проблемой? (Является.) Насколько серьезной? (По сути это фальсификация Божьих слов.) В какой-то мере это действительно так.

Я рассказываю историю, обсуждая конкретный аспект истины, а затем проповедую о других аспектах. Задумываюсь ли Я о том, взаимосвязаны ли эти два аспекта? Вначале Я обязательно должен об этом задуматься, но почему Я не настаиваю на том, что эти два аспекта должны быть взаимосвязаны? Известно ли Мне об этом? (Да.) Так почему же это стало проблемой для расшифровщиков проповеди? Я знаю, что история, которую Я рассказываю, никак не связана с проповедью, которая за ней следует. Знают ли об этом они? Нет. Они даже особо не задумываются над этим вопросом. Они думают: «Тебя направляет Святой Дух; если это звучит как истина, значит все в порядке. В тот день Ты рассказал историю, а затем рассмотрел конкретные вопросы. Какая связь между этими двумя вещами? Зачем так говорить? Какая в этом может быть польза по завершении проповеди? Ты ничего этого не знаешь. Так не годится!» Во-первых, касательно того, о чем Я буду говорить, как Я буду говорить и какое конкретное содержание затрону, — скажи Мне, нахожусь ли Я в здравом уме, когда принимаю решения по этим вопросам? (Да.) Я действительно нахожусь в здравом уме, и безусловно у Меня нет каши в голове; Мой мозг работает четко и ясно. Если кому-то не хватает духовного понимания, если он не знает, как искать истину, и слепо анализирует и слепо классифицирует вещи, думая, что это очень хорошо, разве он не является классическим фарисеем? Он любит слушать только грандиозные пустые теории и не любит реальные и практические проповеди. В результате он не понимает даже самых поверхностных истин. Это указывает на серьезный недостаток духовного понимания! Без богобоязненного сердца люди будут высокомерными, уверенными в собственной правоте и весьма дерзкими; они осмеливаются судить о любом вопросе, думая, что все понимают. Именно таково развращенное человечество; таков его характер. Быть дерзким и действовать безрассудно — это хорошо или плохо? (Плохо.) На самом деле не важно, дерзкий ты или робкий; важно, есть ли у тебя в сердце богобоязненность. Позже, когда вы будете слушать запись проповеди, обратите внимание на то, не были ли удалены из расшифровки ключевые моменты. Эти пакостники, которым не хватает духовного понимания, иногда по неосторожности могут создавать помехи и наносить ущерб. Они говорят, что действовали без умысла, — а если без умысла, значит ли это, что у них нет развращенного характера? Это все равно развращенный характер. На сегодня это все по данной теме.