Мы рады всем тем, кто ищет истину. Свяжитесь с нами.

Суд перед троном Христа

Цвет заливки

Темы

Шрифт

Размер шрифта

Интервал между строками

Ширина страницы

Результаты поиска: 0

По вашему запросу ничего не найдено.

`

61. Быть честным человеком нелегко

Цзысинь из города Ухань, провинция Хубэй

Благодаря тому, что я ела и пила Божье слово и слушала проповеди, я поняла, как важно быть честным человеком и начала применять принципы честной жизни на практике. Через некоторое время я обнаружила, что в определенной мере сумела достичь вхождения в честную жизнь. Например, когда я молилась или с кем-нибудь разговаривала, мои слова были правдивы и шли от сердца; я серьезно относилась к исполнению своего долга и могла открыться другим, если мне случалось проявить в чем-либо развращенность. Поэтому мне казалось, что жить жизнью честного человека достаточно легко, а вовсе не так трудно, как это представлялось из Божьих слов: «Многие предпочли бы, чтобы их приговорили к аду, чем говорить и поступать честно». Только значительно позднее я смогла на личном опыте оценить, как нелегко развращенному человеку быть честным. Божьи слова в самом деле абсолютно истинны и не содержат ни малейшего преувеличения.

Как-то, когда я была занята редактированием статей, я отметила, что сестра из редакционной группы округа была лучше меня как в написании статей, так и в их редактировании. Я подумала тогда: мне следует быть построже к тем статьям, которые она редактирует, на тот случай, если лидеры увидят, что она редактирует лучше меня и повысят ее в должности, поставив тем самым под угрозу мою собственную работу. Поймав себя на таком намерении, я испытала чувство вины. Разобрав и проанализировав свои чувства, я осознала, что они были продиктованы моим стремлением к славе и личной выгоде, завистью к подлинному таланту, а также неприятием людей, которые от меня чем-либо отличались. Во время собрания я поначалу хотела открыто признать факт своего прельщения, но затем подумала: если я расскажу о своих дурных намерениях, то как я буду выглядеть в глазах своей сестры-партнера и сестры из принимающей семьи? Не скажут ли они, что в моем сердце слишком много злобы, а моя природа слишком нечестива? Нет уж, лучше мне об этом ничего не говорить. В конце концов, это были только мысли, в реальности же я не сделала ничего дурного. И потому я просто походя упомянула, как переживала из-за того, что меня могут заменить, когда увидела, что кто-то другой хорошо редактирует статьи, скрыв при этом свою истинную темную сторону. Поселившееся в моем сердце чувство вины выросло после этого еще больше. Тогда я поклялась перед Богом, что подобное случилось единожды и больше не повторится, и что в следующий раз я непременно поступлю так, как подобает честному человеку.

Несколькими днями позже мы разговаривали, и сестра из принимающей семьи упомянула, какими хорошими были две сестры, жившие раньше в ее доме (я знала обеих), но не сказала ни слова о том, насколько хороша или плоха я, очень меня этим расстроив. Тогда, чтобы заставить ее думать обо мне лучше, я перечислила один за другим все недостатки этих двух сестер, подводя ее к мысли, что они не так хороши, как я. После того, как я выговорилась, я поняла, что сказанное мной было неподобающим, а мои цели и намерения заключались в том, чтобы возвысить себя, принижая других. Но я была слишком сильно сконфужена, чтобы признать это, поэтому я сказала сестре из принимающей семьи так: «Когда я услышала, как ты хвалишь этих двух сестер, мне показалось, что у тебя в сердце немало кумиров, и потому я должна немного омрачить их образы, чтобы ты более не восторгалась людьми». Как только мой голос затих, сестра, которая была моим партнером, сказала: «Все зависит от того, руководствовалась ли ты какими-либо скрытыми мотивами. Если да, тогда твои слова очень вероломны. Если нет, тогда можно лишь сказать, что в них раскрылась твоя развращенность». Выслушав ее, я несказанно испугалась, что у них может сложиться обо мне плохое впечатление, поэтому я попыталась как можно скорее объясниться: «У меня не было никаких скрытых мотивов. Я просто не слишком удачно выразила свои мысли...» После своих лицемерных заявлений я чувствовала себя очень расстроенной, а когда молилась, терзалась угрызениями совести, говоря себе: «Ты слишком злокозненный человек. Ты говоришь обиняками, измышляешь ложь и скрываешь правду, вечно пряча и маскируя свои дурные намерения и честолюбивые замыслы. Разве не обманываешь ты тем самым Бога?» Несмотря на это, я по-прежнему не раскаивалась и лишь молила Бога о прощении. Но Божий характер не терпит оскорбления, и Божье взыскание не заставило себя ждать.

На следующий день у меня внезапно поднялась температура, заболели и заныли все суставы. Сначала я подумала, что простудилась ночью, пока спала, и что мне станет лучше, как только я приму лекарство. Но я не могла и представить, что лекарства не помогут, а еще через два дня я буду не в силах даже подняться с кровати. Более того, мой язык распух и стал твердым, а горло так болезненно разбухло, что я не могла говорить. Мне было больно даже сглотнуть слюну, не говоря уже о том, чтобы что-то съесть. Напуганная этой внезапной болезнью, я снова и снова молилась в своем сердце Богу. В этот самый момент ко мне пришло вдруг ясное осознание: «Кто позволил тебе лгать? Если ты лжешь, ты должна понести наказание. Только так твой язык не совершит нового греха». Только теперь я поняла, что Бог подверг меня своей дисциплине. Я как можно скорее принесла Богу извинения в своем сердце: «О Боже, я знаю, что была неправа. Пожалуйста, прости меня. На этот раз я обязательно открою правду». После молитвы я почувствовала, что боль в моем горле заметно уменьшилась. Однако, когда моя сестра-партнер и сестра из принимающей семьи пришли узнать, отчего я так неожиданно заболела, я сначала намеревалась рассказать им всю правду, но потом подумала: «Если я сейчас откроюсь им, то опровергну этим самым многое из того, что говорила раньше. Не сочтут ли они меня чересчур злокозненной? Как сможем мы после этого ладить друг с дружкой?» Подумав обо всем этом, я так и не набралась смелости открыть им правду и попросту сказала, что заболела из-за тоски по дому. Когда они ушли, я почувствовала в сердце такую боль, точно в него вонзили нож. Я никогда не думала, что ложь станет теперь даваться мне так легко и непроизвольно. Я лежала в постели, чувствуя, что моя грудь стеснена, а дыхание так затруднено, как будто я вот-вот умру. Я боялась, что задохнусь, поэтому из последних сил доползла до двери и открыла ее, чтобы впустить немного свежего воздуха. Кто мог предположить, что, как только я доберусь до двери, перед глазами у меня все закружится. Свет внезапно померк, мои колени ослабли, а все тело покрылось холодным потом. Двигаясь по инерции, я буквально повисла на дверном косяке. В это мгновение в моем сердце вспыхнули Божьи слова: «Как бы Я дозволил людям так обманывать Меня?» («Какой же низменный у вас характер!» в книге «Слово является во плоти»). Перед лицом исполненных величия и гнева Божьих слов я почувствовала Божью ярость по отношению к себе, и мое сердце затрепетало от страха. Божий характер не терпит оскорбления, но ради собственной репутации, статуса и гордыни я раз за разом изменяла своей клятве, беззастенчиво обманывая Бога. Как мог Бог позволить мне вести себя с Ним подобным образом? Я тяжело дышала и повторяла, обращаясь в своем сердце к Богу: «На этот раз я обязательно открою правду, я обязательно откроюсь...» Благодаря Божьей дисциплине и наказанию, у меня в конце концов не осталось выбора, кроме как открыть все случившееся сестрам.

Только благодаря этому опыту я наконец поняла. что Божьи слова о том, что «Многие предпочли бы, чтобы их приговорили к аду, чем говорить и поступать честно». суть истинны и предназначаются именно таким злокозненным людям, как я. Поскольку моя злокозненная природа укоренилась глубоко внутри меня и стала моей жизнью, быть честным человеком оказалось для меня тяжелее, чем вскарабкаться на небо. Раньше я думала, что быть честным легко, но так было из-за того, что моя практика абсолютно не задействовала глубин моей души, а представляла собой всего лишь следование неким внешним правилам поведения, да и то при условии, что последние не затрагивали моих личных интересов. Если бы на сегодняшний день она затрагивала жизненно важные для меня интересы или оказывала влияние на мое будущее и место назначения, мои статус и репутацию, тогда моя старая натура вновь проявила бы себя, и я не смогла бы быть честным человеком. Осознавая эту истину, я начала по-настоящему понимать, что в действительности быть честным отнюдь не легко. Особенно такой злокозненного человека, как я никогда не смог бы быть честным, если бы не сбросил все маски и не испытал Божьей дисциплины и наказания. Отныне и впредь я буду осознанно стремиться к истине, принимать все Божьи слова, еще глубже понимать свою злокозненную натуру и отказываться от притворства ради того, чтобы стать честным человеком и прожить жизнь так, как истинно подобает человеку.

Предыдущая страница:Все, что Бог говорит, это суд над человеком

Следующая страница:Истинная причина неуспеха в работе

Вам также может понравиться